Он замолчал, не решаясь сказать, к каким поздним выводам пришел.
– Кто же, по-вашему, застрелил брата? – допытывался Чехонин.
– А если я ошибаюсь? Мне недолго осталось, я боюсь утяжелить душу новым грехом, оговорив человека...
– Ваши предположения все равно без доказательств, предъявить обвинение на основе одних слов невозможно.
– Хорошо, скажу, – разволновался Федор Михайлович, отчего, видимо, и покрылся испариной. – Если Ирина говорила правду, то Борю убил... Саша. Он умел обращаться с оружием, а опасность от брата была велика и реальна, тем более что Саша совратил Лидочку, ей тогда было всего пятнадцать. Боря не простил бы этого, а также и того, что Саша спал с его женой. Я уверен, брат все равно выбил бы из Ирины признание. Впрочем, думаю, Боря догадался, как догадался я, кто был с его женой в лесу, потому что других кандидатур не было.
– Где сейчас дети вашего брата?
– Оленьку после войны забрал мой младший брат. Он военный, уехал с семьей и Оленькой на Дальний Восток. Ваня воевал, остался жив, сейчас учится в военной академии в Москве. Лидочка тоже уехала, но в Ленинград, поступила в институт. Вы знаете, как трудно получить разрешение на проживание в крупном городе? А в Ленинграде живет наша одинокая сестра, она пережила блокаду, потеряла близких, вот и вызвала к себе Лидочку. За детей теперь я не переживаю. Признаюсь, меня напугала Ирина, когда грозилась всех уничтожить, она на все была способна. Представьте, забрала у меня ценности, я хранил некоторые вещи Аннушки – кольца, серьги, ожерелья. Хранил для Оленьки с Лидочкой. Их было немного, но вещи очень ценные. Однако я уже не мог дать отпор и выставить Ирину...
– Простите, Федор Михайлович, что перебиваю, – сказал Чехонин, – только украшений мы не нашли в квартире Ирины. А что за женщина была у нее в ночь убийства, вы не в курсе?
– Понятия не имею. Ирина прихвастнула, что узнала другой мир, мир свободных людей, который ей понравился больше суррогатной жизни так называемых нормальных граждан, как она сказала. Думаю, там же, в этом псевдосвободном мире, она и встретилась с той женщиной. А преступники есть преступники, они не упустят возможности забрать то, что близко лежит. В данном случае я имею в виду золотые украшения, которые забрала у меня Ирина.
– Скажите, где сейчас Саша?
– Мне о нем ничего неизвестно.
– Что ж, вы устали, пойдем мы...
– Да, я устал. Прощайте.
С огромным удовольствием я глотал свежий воздух после душной палаты, пропахшей медикаментами и смертью. Одновременно во мне бурлило негодование, и я не посчитал нужным сдерживать его: