Ронвен не ответила, и он продолжал:
– Похоже, что мою жену преследует один юный придворный хлыщ. – Он повернулся к женщине, постаравшись, чтобы его лицо ничего не выражало; шутливое ухаживание Дональда оказалось серьезной интригой, так писал ему анонимный доносчик, видимо хорошо осведомленный. – Молодой человек – сын моего приятеля, сотоварища по королевскому совету, и я не хотел бы его огорчить. Однако приставания молодого человека приводят Элейн в отчаяние, да, в самое настоящее отчаяние, – повторил он с чувством. – Это одна из причин, заставившая меня вернуться с ней в Фолкленд. Однако я боюсь, что он может последовать за ней сюда.
– И добиваться ее под крышей вашего дома? – Ронвен подняла брови.
Он как бы в беспомощности пожал плечами:
– Он умеет красиво говорить, как я понимаю.
– А она не может этому противостоять? – Ронвен отказывалась этому верить.
– Он просто лишает ее воли, она не в силах сопротивляться. – В голосе Малкольма слышался гнев. – Здесь, вдали от него, она плачет, просит освободить ее от наваждения, от этого юнца; а потом, когда приступ раскаяния проходит, она умоляет не причинять ему вреда, ведь он так молод еще и глуп. – Малкольм нагнулся к ее уху. – Она просит меня спасти ее. Сегодня к вечеру я должен ехать в Стирлинг ко двору. Вы отправитесь со мной, но, когда мне надо будет возвращаться в Фолкленд, вы там задержитесь. – Он смотрел ей прямо в глаза. – Думаю, вы знаете, что делать, теперь у вас есть опыт в подобных делах. Вы понимаете меня?
Ронвен кивнула.
– Ни слова моей жене о том, с каким поручением вы едете со мной. Зачем ей излишние волнения?
У Ронвен глаза стали узкими и хитрыми.
– Я ничего не буду делать, пока не узнаю, что этого хочет она сама. Я действую только ради ее блага. Так было и будет всегда.
Малкольм набрал побольше воздуха в легкие.
– Я же объяснил вам, чего она хочет, леди Ронвен. Вот почему она умоляет нас ей помочь. Этот молодой человек покорил ее, сделал ее своей рабой. Поэтому я и обратился к вам, прося о помощи. Разве я стал бы это делать, если бы у меня не было такого человека, как вы, – вы, которая так хорошо знает мою жену и так же безгранично ее любит? Да я мог бы послать любого из моих людей, чтобы с ним расправились. Джон Кит исполнит все, о чем я его попрошу, не моргнув глазом, и вы это знаете. Но было бы лучше, чтобы это сделали вы.
Ронвен чувствовала себя польщенной, но вместе с тем была настороже; Малкольм же разгорячился не на шутку, все говорил и говорил, не давая ей задуматься о его словах.
– Он угрожает разрушить счастье вашей госпожи, угрожает даже ее жизни, в конце концов, вот что он делает, леди Ронвен! Вы уж помогите ей, не оставьте ее.