Да-а, как все запущено! Одно из двух – либо в этом, с позволенья сказать, дворце господин патрикий не проживает, либо вышеуказанный господин – изрядный скупец, экономящий буквально на всем.
Отыскав поблизости небольшую таверну, Лешка уселся снаружи, за длинным, вытащенным на улицу столом под синим полотняным навесом. Светило – но не очень-то грело – солнце, впрочем, холодно не было – старший тавуллярий еще вчера прикупил зимнюю шерстяную накидку. Теплую.
Ввиду раннего времени – еще до полудня – посетителей в таверне была мало, зато с выбранного Алексеем места хорошо просматривался нужный ему особняк, у ворот которого как раз появился коренастый бородатый мужчина с большой сумой за плечами, по виду – мастеровой.
Хозяин таверны как раз принес заказанное вино.
– Любезнейший, – старший тавуллярий придержал его за рукав. – Этот вон, там, у ворот – не столяр, случайно? Я как раз ищу хорошего столяра.
– Столяр? – кабатчик обернулся в указанную Лешкой сторону и хмыкнул. – Нет, это не столяр, это Илларион, стекольщик. Стекольщик вам не требуется?
– Требуется и стекольщик, – тут же кивнул Алексей. – А дорого ли он берет?
– Как сговоритесь.
Стекольщик между тем вошел в распахнувшиеся – и тут же быстро закрывшиеся – ворота.
– Верно, этот Илларион – не очень-то хороший мастер, – хмыкнул старший тавуллярий с некоторым оттенком презрения. – Не очень-то богатые у него клиенты, судя по дому.
– Ха! Не богатые?! – трактирщик всплеснул руками, словно бы оскорбленный в самых лучших своих чувствах. – Да знаете ли вы, мой господин, что в этом доме – да, действительно, неказистом с виду – изволит проживать очень важный богач и вельможа господин Никомедис?! Управляющий дворцовых конюшен!
– Да что вы говорите?! Сам господин Никомедис?!
– Он, он.
– Что же он не отремонтирует свой дом?
– Хэ! – трактирщик хмыкнул. – Да вся округа знает, что господин Никомедис – изрядный скупец. К тому же живет затворником, никого к себе не пускает.
– Ай-ай-ай, – скорбно поджав губы, Алексей покачал головой. – Затворником! Как же так можно-то?
– У богатых – свои причуды. А с Илларионом я вас сведу, если захотите. Ну – со стекольщиком.
– Да-да, конечно. Наверное, я его тут и подожду.
Стекольщик, коего пришлось ждать не так уж и долго, полностью подтвердил все слова владельца таверны. Да, действительно, господин Никомедис был очень скуп и прижимист и никого к себе не пускал.
– И рамы я ему вставлял – самые дешевые, – пояснил стекольщик. – Старые-то совсем рассохлись.
– И как заплатил?
– Да уж заплатил, куда ему деваться?
Простившись со стекольщиком, старший тавуллярий задумался. Скупой, говорите? Затворник? Неплохое прикрытие для заговорщика или шпиона – попробуй-ка, выясни о человеке хоть что-то конкретное, когда он никуда – кроме как на службу – не ходит, и нет у него никаких друзей, ни знакомых.