Хорошее время для убийства (Грэнджер) - страница 144

— Все люди, близко знавшие Гарриет, в полном замешательстве. Они в один голос утверждают: она не принимала транквилизаторы. Она вообще не принимала лекарств. И диагноз «депрессия» ей никто не ставил. В ее доме мы не нашли ни флаконов, ни упаковок из-под транквилизаторов.

— Кто такие «мы»? — спросил Грин, глядя на Мередит в упор.

— Я, ее родственники… и полиция. — Последнее слово Мередит произнесла после значительной паузы.

— Позвольте спросить, при чем же здесь я?

— Возможно, вы поможете объяснить это недоразумение. Не говорила ли она вам, что чувствует себя подавленной? Не рассказывала ли о том, что принимает транквилизаторы? Вы видели в ее доме какие-либо таблетки?

— На все ваши вопросы отвечу одинаково: нет.

Официантка принесла кофе. Грин положил на скатерть две монеты по фунту, махнув удивленной и обрадованной официантке, чтобы та поскорее уходила. Ага, заволновался, подумала Мередит, в высшей степени довольная собой. Такие люди, как Грин, обычно пересчитывают сдачу, даже покупая коробок спичек. Он испугался!

— Мисс… как вас там… ах да, Митчелл. Вот что я вам скажу. Мне не нравятся ваши расспросы. И если у вас нет какой-либо веской причины… — Голос Грина, его манера держаться явно были рассчитаны на то, чтобы простые смертные трепетали. Возможно, именно такое впечатление он и производил на своих подчиненных и конкурентов. Но только не на Мередит.

Мередит смотрела на Грина в упор и едва ли не с радостью думала: пусть только попробует запугать ее! Она не младший клерк в его конторе. Ей приходилось сталкиваться с людьми и похуже. На нее его гримасы и ужимки не действуют.

— Я думала, — рассудительно заметила она, — что вам захочется узнать, от чего умерла Гарриет. Ведь вы с ней были очень близкими друзьями.

— Во-первых, я считаю, что ее смерть наступила по вполне очевидным причинам, а во-вторых, вы преувеличиваете степень нашей с ней дружбы.

— Вы ведь были у нее на Рождество, правда? Во всяком случае, вечером. По-моему, это указывает на известную близость. — Мередит отпила кофе — специально, чтобы показать своему собеседнику, что руки у нее не дрожат.

— Чем вы занимаетесь — кроме того, что некоторое время были соседкой Гарриет? — сухо спросил Грин.

Мередит рассказала, чем занимается, и Грин сделался еще осторожнее. Он поднял со скатерти сцепленные кисти рук и положил на них подбородок. На поверхности его кофе, к которому он не притронулся, образовалась пленка. Он не был готов в свою очередь продемонстрировать Мередит свое хладнокровие.

— Послушайте меня, — сказал он тихо. — Я расскажу вам, какой на самом деле была наша дружба. И тогда, надеюсь, вы оставите меня в покое. Если же нет, я найду законный способ избавить себя от вашего внимания. Я не собираюсь обсуждать с незнакомым человеком свою личную жизнь и дела, но кое-что придется открыть. Будучи людьми цивилизованными, мы с женой договорились о раздельном проживании. Супруга числится совладелицей нескольких моих предприятий, а ее отец вложил крупный капитал в ряд принадлежащих мне торгово-промышленных фирм. Развод не отвечает ни моим интересам, ни интересам Фелисити.