— Привет, — сказала я. — Слушай, Эмбер и Джейд прячутся под крыльцом. Я сказала им, что ты принесешь мороженого.
Патрик непонимающе смотрел на меня.
— Я думаю, их сейчас не надо оставлять одних, — продолжила я. — И они хотят мороженого.
— Да, конечно. Простите, — казалось, он мгновенно пришел в себя.
Он отправился на кухню.
— Может, кто-то из вас побудет с ними до прихода Патрика?
Одна из горничных быстро вышла из дома. Я повернулась к остальным в тот момент, когда один из полицейских как раз подошел, чтобы поздороваться со мной.
— Кто вы? — строго спросил он.
— Я подруга Лили, — ответила я. — Она мне звонила.
Я посмотрела через его плечо и впервые увидела Лили. Она скорчилась на скамейке у камина, опустив лицо на руки. Рядом стояли двое полицейских. Двое других, в штатском, но с безошибочно определяемым официальным видом детективов, тоже находились поблизости. Один опустился на колено, положив на другое блокнот, и что-то записывал. Другой, негр средних лет с такой толстой шеей, что даже расстегнутый воротник рубашки, касалось, туго ее облегал, сидел на краю кожаного стула рядом с камином. В одном ухе у него покачивался золотой крест. Он наклонился и что-то тихо говорил.
Проигнорировав вопрос полицейского, я подошла и присела на корточки рядом с Лили:
— Лили, дорогая…
Она подняла на меня опухшее от слез лицо и схватила меня за руки.
— Кто-то убил папу, — прошептала она.
— Извините, мэм, — сказал жесткий голос. Я повернулась к сидевшему рядом детективу. — Могу я спросить, кто вы? — вежливо осведомился он.
— Подруга Лили, — сказала Беверли, делая мне знак глазами.
— Меня зовут Джулиет Эпплбаум, — представилась я.
— Детектив Уолтер Стейнер, полиция Лос-Анджелеса. Это детектив Роббинс.
Он не потрудился представить людей в форме.
— Что случилось? — спросила я.
— Как раз это мы и пытаемся выяснить, — проговорил детектив.
— Они нашли тело Рэймонда на остановке 101 автобуса, — ответила Беверли. Ее глаза были сухими, но руки дрожали.
— Как он умер? — произнесла я.
— Пулевое ранение, — отозвался детектив Стейнер.
— Вы нашли оружие?
Он помолчал, посмотрел на меня оценивающе, потом сказал:
— Нет.
— Значит, убийца до сих пор вооружен.
— Возможно. — Он повернулся к Беверли. — Мэм, если вы не против, повторите пожалуйста, что случилось сегодня утром.
Сначала я хотела остановить допрос и уговорить Лили позвать адвоката. Я считаю, что любой человек — виновный или нет — не должен разговаривать с полицией без адвоката. Может произойти очень много неожиданных вещей, и слова могут быть интерпретированы по-другому. Здесь слишком много всего, гораздо больше, чем казалось с первого взгляда. Я не хотела, чтобы детектив расспрашивал Лили до того, как она и ее адвокат решат, как и что ей следует рассказывать. С другой стороны, я не хотела давать детективу возможность предположить, будто Лили есть что скрывать. Я решила внимательно слушать, о чем они говорят и прекратить разговор, если они коснутся опасной темы.