– Ой, рассказывай! Умираю, хочу все знать!
– Да в общем, особо и рассказывать нечего. Начало ты и так знаешь…
– Знаю? Начало? – Она пожирала меня жадным взглядом. – Неужели ты за моей спиной уже с Лебедевым списалась?
– При чем тут твой Лебедев?
– А кто? – И тут до нее дошло: – Глаша, неужели Туров?
– Он самый, – подтвердила я.
– Ну ты даешь! – оглушительно заорала она. – Аптечную сеть подцепила!
От неожиданности я резко ударила по тормозам, за что немедленно получила множество кратких, но крайне выразительных нецензурных комплиментов от ехавших рядом коллег.
– Алла, что ты несешь? Какая аптечная сеть?
– Балда ты! Твой Туров – владелец сети «Парацельс». Неужели сама не знала? Удивляюсь тебе: влюбиться в мужика, ничего о нем не выяснив.
– Ну, вообще про аптеки он что-то говорил. Но я думала, он какой-нибудь топ-менеджер.
– Хозяин он, хозяин! Создал эту свою сеть лет пять назад.
– То-то он мне говорил, что только в сорок пять лет жить по-настоящему начал, – вспомнила я. – И у него впервые появилось ощущение, что от него что-то действительно зависит.
– Вот в этом вся ты! – воскликнула Алка. – Он тебе такое сказал, а ты не поинтересовалась почему. Ну подруга! Поистине дуракам везет! Другие стараются, из кожи вон лезут. Молодые, красивые! И ничего! А эта сидела себе сложа руки и отхватила «Парацельса»! Где ж справедливость-то, а?
Я почувствовала себя вправе обидеться.
– Значит, по-твоему, я старая уродина и подобного недостойна?
– Ты прямо как Вовка! Все мои слова наизнанку выворачиваешь! – возмутилась она. – Совсем не старая и очень даже привлекательная. Но сложа руки сидела, вернее, несмотря на мои настойчивые призывы, не желала поднять задницу и посуетиться, потому я и удивляюсь. Само ведь приплыло. А еще говорят, под лежачий камень вода не течет. Оказывается, течет, и еще как! Водопадом! Ну же, ну, рассказывай дальше. У вас… было?
– Да. Вчера.
– Как?
– Ой, ты знаешь, так хорошо!
– И как же ты умудрилась так оперативно его в койку затащить?
– Он сам меня затащил.
– Что, прямо в ресторане? Отдельный кабинет взял? – У подруги от волнения срывался голос, а бедную свою сумку она совсем затискала.
– Алка, я пока еще все-таки приличная женщина.
– Значит, домой к себе привела?
– Ведь объясняю: он меня затащил, а не я его. У себя дома.
– И после этого она называет себя приличной женщиной!
– Он пригласил меня по делу, потому что у него нога болела.
– Все ясно, – многозначительно изрекла Алла. – И как он?
– Потрясающе, – выдохнула я. И немедленно добавила: – Только на подробности не надейся.
– Вот вечно с тобой так, – с досадой произнесла она. – Самого интересного никогда не добьешься.