— Видишь линию, где разбиваются волны? Там камни. Я уверена, что той ночью ты о них ударился головой. Прилив только начинался, так что уровень воды был низким. — Она снова подняла руку. — Я притащила тебя отсюда.
Кэлл посмотрел на пляж, затем повернулся и взглянул вверх на пляж, где стояли высокие, прямые сосны — частокол деревянных часовых. Она как-то затащила его вверх на склон и занесла в дом. Глядя на ее стройную фигуру, он не мог представить, что она способна совершить подобный подвиг.
— Ты себя чуть не угробила, поднимая меня здесь? — спросил он спокойно.
Ей не хотелось вспоминать о той ночи и о том, чего ей это стоило. Часть этой информации была заблокирована мозгом. Она помнила, что ей было больно, но насколько и как, стерлось из воспоминаний. Возможно, и силы в ту ночь, и последующая выборочная амнезия были вызваны приливом адреналина. Она посмотрела на него долгим взглядом, затем повернулась и пошла к морю. Он смотрел на нее, пока волны не достигли ее коленей, затем вытащил пистолет из-за пояса и аккуратно положил его на полотенце, прикрыв его другим от задуваемого ветром песка. Затем он сбросил свои шорты и нагой пошел за ней в воду. Проведя большую часть жизни рядом с бухтой, Рэйчел была хорошим пловцом, но Кэлл, несмотря на плохо двигающееся плечо, плыл практически наравне с ней. Когда она поняла, что он в воде, то начала протестовать, говоря, что он не должен мочить свои раны, но тот час же проглотила свои слова. В конце концов, ранее ему приходилось плыть с открытыми ранами, а упражнения были хорошей терапией для него. Они проплавали в бухте полчаса, прежде чем решили, что этого было достаточно, и вернулись на пляж. Пока вода не достигла его бедер, она не осознавала, что он был нагим. Знакомая дрожь потрясла ее изнутри, когда она наблюдала, как он выходит из воды. У него было поджарое, твердое, превосходное тело, покрытое загаром и перевитое канатами мышц, даже ягодицы. Она наблюдала за тем, как он достал пистолет и лег на одно из полотенец, подставляя блестящее тело солнцу.
Она тоже вышла из воды, наклоняясь, чтобы выжать волосы. Когда она выпрямилась, то увидела, что он наблюдает за ней.
— Сними купальник, — произнес он тихо.
Она посмотрела на море; в поле зрения не было ни одной лодки. Затем она снова взглянула на него. Он был подобен бронзовой нагой статуе, за исключением того, что она никогда не видела статую в состоянии полной готовности. Она медленно потянулась к лямкам на плечах и опустила их вниз, тотчас же почувствовав, как солнце касается ее груди. Неожиданно поднялся легкий бриз, слегка коснувшись ее сосков и заставив их напрячься. У Сэйбина перехватило дыхание, и он протянул к ней руку.