Появился менеджер и нашел столик на танцевальной площадке близко к сцене. Столик был занят, и две пары в грязной рабочей одежде пытались протестовать против того, что они должны уйти, но менеджер пригрозил им.
— Как нам повезло! — сказала Маргарет. — Шоу как раз только начинается.
Кромвель заказал еще одну бутылку шампанского, и они стали смотреть, как на небольшую сцену вышла очень талантливая женщина и начала свой танец семи покрывал. Очень быстро все покрывала оказались на полу, и она осталась в едва заметном костюме, не оставляющим почти ничего для воображения. Мышцы живота у нее двигались волнообразно, когда она спирально вращалась и несколько раз неожиданно изогнулась. После окончания танца мужчины-зрители начали бросать на сцену монеты.
— Да, это, конечно, возбуждает, — саркастически сказала Маргарет.
Зазвучала музыка в исполнении небольшого оркестра, пары направились на площадку, оживленно начиная танец, который назывался «Техасский Томми». Батлер и Маргарет весело закружились, словно на площадке никого, кроме них, не было. Марион чувствовала смущение от того, что танцует в объятиях своего босса. За все годы работы на него он пригласил ее на подобное мероприятие впервые. Он был великолепным танцором, и она грациозно двигалась вместе с ним.
Оркестр несколько раз изменял ритм, «Турки Трот» сменялся «Бани Хаг». Вскоре танцующие начали потеть в замкнутом помещении, которое не проветривалось. От шампанского голова у Марион закружилась. Она попросила у Кромвеля разрешения сделать перерыв и отдохнуть несколько минут.
— Не возражаешь, если я оставлю тебя на некоторое время? — любезно спросил Кромвель. — Я хочу подняться наверх и сыграть несколько партий в фаро.
Марион почувствовала огромное облегчение. Она ужасно устала, а новые туфли были неудобными.
— Да. Пожалуйста, мистер Кромвель. Я немного отдышусь.
Кромвель поднялся по деревянной лестнице и медленно прошел через шумную часть помещения, отведенную под азартные игры. Он подошел к столу, за которым не было никого, кроме сдающего карты. Два верзилы стояли за спиной сдающего и отпугивали всех желающих сесть за стол.
Их хозяин выглядел так, словно его породил бык. Голова, подобно обломку скалы, сидела на шее, толстой, как пень. Волосы, выкрашенные в черный цвет, лоснились от помады и были причесаны на прямой пробор. Нос, неоднократно сломанный, распластался на щеках. Прозрачные глаза выглядели очень странно и не соответствовали лицу, которому пришлось не раз принимать удары кулаков. Торс мужчины напоминал пивную бочку, круглый и огромный, но крепкий, без жира. Паук Ред Келли был борцом и когда-то на ринге сражался с Джеймсом Дж. Корбеттом, дважды отправив в нокдаун бывшего чемпиона в тяжелом весе, но потерпел поражение в двадцать первом раунде. Он взглянул на приближающегося Кромвеля.