– Что? – Грейс точно окатило ледяной волной. – Вы сошли с ума. – Но она понимала, что хотел сказать Томас. Герцог Уиндем не мог бы жениться на Грейс Эверсли. А если Томас больше не Уиндем… если он просто мистер Кавендиш… то почему бы и нет?
Грейс мучительно сглотнула, едкая горечь подступила к горлу. Томас вовсе не желал ее оскорбить. Да она и не чувствовала себя оскорбленной. Грейс слишком хорошо знала этот мир с его жестокими законами и свое место в нем.
Джек никогда не будет принадлежать ей, если станет герцогом. Никогда.
– Что скажете, Грейси? – Томас взял ее за подбородок, заставив поднять голову.
«Может быть», – подумала Грейс.
Что тут плохого? В Белгрейве она не останется, это невозможно. Вероятно, со временем ей удастся полюбить Томаса. Ведь она всегда любила его как друга.
Томас снова наклонился, чтобы поцеловать ее, и на этот раз Грейс не отшатнулась. Ей хотелось испытать то пьянящее ощущение, когда колотится сердце, яростно стучит кровь в висках и по телу разливается жар… ведь именно так бывало каждый раз, когда до нее дотрагивался Джек. «Господи, пожалуйста, пусть и сейчас будет так же!»
Но ничего подобного она не почувствовала. Лишь дружеское тепло и нежность. Что ж, и это не так уж плохо…
– Я не могу, – отвернувшись, прошептала она. Ей хотелось заплакать.
И тут она в самом деле расплакалась, потому что Томас притянул ее к себе, обнял, как это сделал бы брат, и ласково потерся подбородком о ее макушку.
У Грейс сердце перевернулось, когда послышался тихий вздох:
– Знаю.
Ночью Джек скверно спал и проснулся в дурном настроении, что сделало его вспыльчивым и раздражительным, поэтому он решил обойтись без завтрака. В столовой ему пришлось бы столкнуться с другими обитателями замка и вступить в неизбежный разговор, а именно этого ему меньше всего хотелось. Наскоро одевшись, Джек отправился на верховую прогулку, ставшую для него привычным утренним ритуалом.
Лошади прекрасно обходятся без любезных разговоров и не ждут, что вы станете поддерживать с ними беседу, за это Джек их и ценил.
Он представления не имел, что скажет Грейс при встрече. «Приятно было поцеловать вас. Жаль, мы не зашли дальше».
Джек проворочался всю ночь, переживая в памяти мгновения близости с Грейс и сгорая от желания. Он сам оттолкнул ее, но воспоминания об этом жгли его изнутри.
Может, настало время жениться на Грейс?
Резко дернув поводья, Джек остановил лошадь. Откуда эти мысли?
«Это в тебе заговорила совесть», – подсказал тоненький голосок, возникший будто из пустоты.
Проклятие. Надо было выспаться получше. До сих пор совесть не доставляла Джеку особых хлопот.