— Я понимаю, — перебил я мага.
Действительно. Все понятно. Вода в человеческом организме и элементы, из которых он состоит. Все просто.
Колар удивленно посмотрел на меня и продолжил. — Школа Земли и Огня образуют школу Магмы. Магистр Кар ею владеет и так далее. Школа Разума, третичная школа, образуется из школы Крови и общей школы.
Тоже ясно.
— Если честно, то чистых магов первостихий не осталось. Тот же Бар, мой ученик и учитель Вотра, использует Воду с элементами других стихий. Все так делают. Но пока основой плетений является одна сила, то и школа считается чистой. Две или три равномерно лежащие в основе — вторичная, третичная или четвертичная. Но чем дальше от первых школ уходят маги, тем сложнее по форме и слабее по силе получаются плетения. Тем больше времени они занимают и тем больше используется методов для их контроля. Это вечная борьба между силой и искусством. Между дубиной и легким мечем. Четвертая школа, например некромантия, состоящая из двух первых и третьей, Земли, Смерти и Разума, вообще не пригодна к скоротечному бою. Зато во время осад или правильных сражений, некроманты — могучий соперник. Они используют вербальный, графический, мануальный способ контроля плетений, как минимум. Многие к графическому способу добавляют жертвоприношение или свою кровь, и он становится ритуальным. Тебе все понятно?
Я кивнул. Все просто.
Колар сильно удивился.
— О пятых школах мало, что известно. Но они тоже есть. Про шестые я не слышал.
— А кольца-артефакты, школа Жизни и Смерти? — спросил я у замолчавшего Колара.
Эх, гулять, так гулять. За полчаса этот гений умудрился снять большинство моих вопросов о магии. Как я понимаю учителя Вотра.
— Кольца, — начал Колар, — почти все кольца покрываются вязью рун первой школы. С этого рунные маги и живут. Нас еще называют магами-артефакторами. В бою мы мало, что стоим. Так вот, если загнать в кольцо простое плетение первой школы, то артефакт может быть готов к применению длительное время. Когда он разрядится, то его может зарядить силой любой стихийный маг. Если загнать плетение вторичной школы, то время его существования сократится на порядок. Не терпят стихии друг друга, без контроля мага. Да и контролировать постоянно, терять крупицы силы. Зачем это делать? Дальше, еще хуже. Понимаешь?
— Да, — ответил я.
— С магией Смерти и Жизни тоже не все просто, — продолжал Колар. — Фактически, по моему мнению, это две стороны одной медали. Способности к управлению энергиями этих сил, похожи на способности к стихийной магии. Но я не знаю, ни одного мага способного овладеть Смертью и Жизнью одновременно. Магия Смерти эффективнее в бою. Жизни во всем остальном. Хотя Ната, как мне кажется, в бою не меньше смертоносна, чем маг Смерти. Высшее проявление мастерства это слияние с стихией Смерти или Жизни в местах их концентрации. Например, на кладбище или в лесу. Маги Жизни и Смерти могут обладать частичными способностями к стихийной магии, но ни один стихийник никогда не овладевал Жизнью и Смертью. Вот вкратце вся информация по основам магии.