Брукс остановился в паре шагов от нее. Ожидая. Вопросы так и всплывали у него в голове. Один за другим. Откуда он знает о ее родинке? А что, черт возьми, произошло в ту ночь, когда он проснулся с царапинами на руках?
Их первые свидания были снами… или реальностью?
И какого хрена он до сих пор так хорошо себя чувствует? Энергия буквально переполняла Тодда, он чувствовал себя сильнее, чем когда-либо.
— Я не была с тобой абсолютно честна, Тодд.
«Да что ты». Голос Кары был тихим. Напряженным. Она на миг посмотрела в сторону, потом почти неохотно снова взглянула ему в глаза.
— Я не такая женщина, какой ты меня представляешь.
— Тогда, кто ты, черт побери, такая?
И почему она говорит загадками? Он хотел узнать только про родинку, а не…
Кара подняла руку и принялась играть с краем полотенца.
— Скажи, детектив…
Ах, теперь он снова стал детективом? Как-будто только пять минут назад она не выстанывала его имя.
-… ты веришь в существование монстров?
От этого вопроса у Брукса перехватило дыхание.
— Что?! — О, Боже, он очень надеялся, что она не собирается ему признаться в том…
— Ты веришь в существование монстров? — повторила Кара, облизнув сочные красные губы. — Знаешь, ведь именно тебе это нужно.
— И почему это? — Его сердце стучало громко, словно тамтам, звук отдавался в ушах.
— Потому что если верить некоторым, я один из самых страшных монстров, которые могут повстречаться на твоем пути.
Трясущимися от ярости руками он принялся нервно натягивать одежду:
— Знаешь, детка, хочешь порвать со мной — прекрасно. Но не вешай мне лапшу насчет монстров…
— Я не вешаю, — прервала Кара, всем своим видом показывая раздражение.
— … потому что я знаю все о настоящих монстрах, понятно? Я каждый день имею с ними дело. Насильники. Убийцы детей. Уроды, поджигающие дома, в которых в это время находятся милые старушки…
Она вздрогнула.
— И если ты не собираешься мне признаться, что собственноручно убила Майкла Хауза, — Боже, он от всей души надеялся, что это не так, — не надо трахать мне мозги и навешивать на себя ярлыки, значение которых я знаю намного лучше тебя.
Кара наступила на больную мозоль, и Брукс был реально взбешен. Тодд досконально знал, что такое настоящее зло. С того дня, когда будучи четырнадцатилетним парнишкой, увидел, как мерзавец Коста улыбнулся и выстрелил в сердце миссис Брукс. Его матери. Монстры. Ага, конечно. Брукс знал все о подобных ублюдках и том зле, что гнездилось в них там, где у обычных людей была душа.
— Я не убивала Майкла. — Кара снова облизнула губы. Она стояла перед ним. Тело обернуто полотенцем. Кара была так прекрасна, что у Тодда все болело при виде этого великолепия. — Но я и правда монстр, Тодд. Я… Я демон.