Мое резюме выглядело хорошо. Но мое видимое отсутствие амбиций смущало редакторов.
Я был репортером, который не искал работы репортера. Это было очень необычно. В то время, в восьмидесятые, целью молодых журналистов было стать репортером. Быть репортером значило быть журналистом — с этим было связано количество строк, путешествия, связи, слава, продвижение по карьерной лестнице, деньги. Но я искал работу редактора. Это место было ниже помощника редактора, внизу карьерной лестницы. Я не хотел нести никакой ответственности. Я не хотел ничего, что могло бы занять мой разум и отнять время.
Я обдумал это — в те долгие дни после гибели «Наследников», когда Физз была в школе и моя жизнь снова стала свободной. Я был уверен, что не хочу снова работать репортером. Я не хотел больше разговаривать со скучными политиканами, бесполезными бюрократами, готовыми стрелять по любому поводу полицейскими. Я не хотел больше писать репортажи о новостях, сообщающих, кто сказал, кому и о чем. Любой мог заниматься этим, и все так и поступали. Я не хотел больше сочинять истории, фальшиво описывающие атмосферу и краски мира. Я не хотел придумывать новые имена рикш и хозяев магазинов, в чьи уста я мог вложить слова, которые придумал сам.
Я не хотел предлагать новые теории.
Я не хотел притворяться, что знаю, что происходит.
Я не хотел притворяться, что не знаю, что происходит.
Я не хотел упрощать сложные вещи.
Я не хотел усложнять простые вещи.
Я не хотел больше играть в прятки.
Любой мог заниматься этим, и все так и поступали.
Я хотел затеряться в фальшивой журналистике.
Я хотел сохранить себя для других вещей.
В душе я хотел быть ответственным только за точки, запятые, за язык, время, факты и заголовки.
За точную передачу формы. Не за содержание.
За это я хотел немного денег и много свободного времени. Абхэй, Пратап и Пандит теперь были кормом для рыб, но меня ждала другая история, и мне нужны были все мои силы, чтобы найти ее.
И я не хотел больше быть вдалеке от Физз.
Это была одна из самых тяжелых вещей в работе репортера. Постоянные разъезды.
Я хотел быть пехотинцем дела, легионером, сипаем, человеком, который заставляет армию двигаться, но спокойно спит, не беспокоясь о потерях и продовольствии, человеком, на которого не давит груз смертей и болезней.
Фальшивая журналистика.
Помощник редактора.
Быть робким, нервным чтецом книг, заикой. Мальчиком в классе, который все знает, но не умеет разговаривать. Человеком в офисе, который анализирует мир, но не может его преображать.
Как Геродот из Геликарнасса, который писал, я хотел быть помощником редактора, который писал. И, наконец, чтобы меня читали больше, чем императора.