– А зачем вам две симки? – не удержалась я.
– Так здесь мы на гастролях, – пояснила Зара, – в роуминге разговаривать дорого, менять постоянно надоело, вот и прикупила.
Я записала ее номер и поспешила на кладбище. Без помощи Люси и Васи мне было не обойтись.
* * *
Кладбищенские бомжи были готовы к встрече холодов. Часовня приобрела обжитой и вполне симпатичный вид, обещанная мною дверь должна была завершить облик этого внезапно появившегося на кладбище жилища. Мебели, правда, внутри не наблюдалось, но Вася и Люся категорически отказались от моей помощи.
– Ты не понимаешь, – горячилась Люся, – дом любить начинаешь только тогда, когда обставляешь его сама, по своему вкусу. Спалили же мы палатку, которую ты нам подарила. А почему? Потому, что не сами ее нашли, а ты принесла. Если бы откопали где-нибудь на помойке, нипочем бы огню не предали.
– А печка? Окошки? – решила поспорить я.
– Ты только денежку заплатила, – не сдавалась Люся, – а выбирала я сама, и с печником ругалась сама, и на стекольщиков сама материлась, и мусор за ними выволакивала. Это – другое!
Я не стала спорить. Внезапно мне подумалось, что сейчас я веду себя как Алинка. Вторгаюсь в чужой уклад, пытаюсь навести свои порядки. Конечно, я не предлагала им устроить на крыше их часовенки вертолетную площадку или выводить внутри термитов, но лезла в быт этой пары с не меньшей настойчивостью. В конце концов, я пришла сюда по делу, а не на проверку. Санэпидемстанция выискалась. Еще с белым платочком прошлась бы, пыль поискала. Отчитав себя подобным способом, я изложила хозяевам цель своего визита. Мне нужен был примерный распорядок жизни девицы: когда бывает дома, каждый ли день наведывается к ней Сергей, в какие часы выходит на работу, возвращается и так далее. Люся с радостью согласилась присмотреть за любовницей Сергея, Вася молчал.
– Я провожу, – буркнул Вася, когда я собралась уходить, – смеркается, вам страшновато будет по кладбищу, да одной.
– Жентельмен, – захохотала Люся, – еще ручку предложи! Ладно, дуй, а мне некогда, кипяток надо ставить.
Как оказалось, Вася проявил галантность не случайно. Когда мы отдалились от часовенки на значительное расстояние, он вдруг засопел, затоптался на месте и буркнул:
– Ты, это, Люське только не говори. У меня все есть.
– Что все? Я не понимаю, Вася.
– Про эту девушку. Которая недостойного поведения. Которая с мужиком чужим блудует. За которым мы с Люськой следили. Который…
– Я поняла, поняла. И что конкретно у тебя есть?
– Когда дома бывает, когда к ней мужик приходит, когда ее точно нет, потому, что в спортзал ходит, во сколько на работу приходит, во сколько уходит, когда…