— Эх, незадача! — скорбно помотал головой Егор и быстрым шагом направился к дальней землянке. Следом за ним поспешили Алёшка Бровкин, Василий Волков, ещё кто-то — из верных сотрудников…
Вьюга, действительно, умирал: седая голова была наспех обмотана какой-то серой тряпкой, на дрожащих губах лениво пузырилась розовая пена, на совершенно белом морщинистом лице выступили мелкие капельки холодного пота…
— Нагнись, Данилыч, нагнись ко мне! — с трудом произнёс несчастный старик и, дождавшись, когда ухо непосредственного начальника приблизится к его губам, совершенно неожиданно прошептал: — Егор Петрович, гони ты всех этих любознательных зевак куда подальше! Мне тут много важного надо тебе сказать…
Ничего ещё толком не понимая, Егор невежливо выгнал из землянки всех любопытных, плотно прикрыл низенькую дверь, зажёг толстую свечу, присел на табурет (очевидно, тот самый, послуживший орудием убийства), стоящий рядом с нарами, на которых лежал этот странный умирающий человек, знавший его настоящее имя-отчество.
— Слушаю тебя, Вьюга. Говори! Старик печально улыбнулся:
— Какой я тебе Вьюга? Меня зовут… Впрочем, это уже совсем неважно… Привет тебе — от Координатора!
Егор понятливо вздохнул:
— Следовательно, это вы делали инъекцию настоящему Алексашке Меньшикову?
Вьюга утвердительно кивнул забинтованной головой.
— И за мной усердно присматривали, чтобы я Контракт не нарушал, в течение Прошлого намеренно не вмешивался? Записку шифрованную — тоже написали вы?
— Более того, при завершении вашей пятилетней смены, Егор Петрович, именно я и должен был сделать соответствующий укол, чтобы вы вернулись обратно… Не судьба, видно, умираю, мне ничем уже не помочь… В семнадцатом веке такие серьёзные раны ещё не научились лечить успешно…
— А как же теперь я? — забеспокоился Егор. — Ну, когда истечёт срок Контракта?
— Не знаю, честное слово! Мой перенос сюда готовился на протяжении восьми с половиной лет… И то — откровенно повезло. «Окна в Прошлое» — редкая штуковина, их высчитывать надо, ловить — в буквальном смысле… То же касается и обратной дороги…
Егор звонко хлопнул ладонью себя по лбу:
— Где у вас хранятся запасы этой сыворотки? Ведь, наверное, все равно, кто вколет инъекцию? Координатор заранее (уж — как-нибудь!) сообщит точное время, тот же Яков Брюс и сделает мне укол… А?
— Ничего не получится! — болезненно и недовольно поморщился умирающий старик. — Я и есть тот сосуд, где хранится эта волшебная «микстура», то бишь — моя кровь… Сам не знаю, в чём тут фокус, не спрашивай… Только кровь надо забирать из вены не позднее одного часа — до момента переноса…