– Не будь к себе так сурова. Все мы иногда ошибаемся – и я, и ты, и даже Дитон Спунер. Хотя, надо признать, он классный парень, эдакий принц из захолустья. – Тим повертел шляпу в руках, уставясь в глубь коридора. Интересно, где он сейчас. Не думал, что Дит сбежит.
Рейсин дернула плечами.
– Полагаю, это тоже моя вина. Когда я узнала, что он брат Дженкса… Ну и… это показалось мне предательством после всего, что мы… Я тогда еще не знала, что стрелял Лонни. Мне такое и в голову не приходило. Я была очень обижена, даже потрясена. И велела ему убираться.
Тим опустил тяжелую, слегка влажную руку ей на плечо.
– Не скажу, что удивлен. Я его об этом предупреждал, знаешь ли, буквально сегодня, когда он был в округе, пытаясь убедить старину Дженкса признаться в том, что стрелял он.
– Что?
Тим бросил на нее необычно мягкий взгляд.
– Он, конечно, в этом не признался прямо, но после нашего разговора – моего с Дитом – я решил, что мне следует самому поговорить с его братишкой.
– Зачем ему понадобилось делать это? – спросила Рейсин, лихорадочно соображая. – Зачем ему надо было убеждать Дженкса признаться, если тот не виновен? Это неразумно после всего, что он сделал, пытаясь помочь брату.
– Разве? – спросил Тим, поджав губы. – А мне все абсолютно понятно. Дит не хотел, чтобы ты давала показания в суде.
Но пожертвовать Дженксом ради меня? Сомнительно, подумала она, стараясь не поддаваться надежде.
Тим изучал поля своей шляпы.
– Полагаю, он считал его виновным. А учитывая чувства Дита к тебе…
Сердце Рейсин безумно забилось. Она села очень прямо и облизала губы.
– Он говорил вам об этом, да?
Тим поднял бровь.
– Да. Но я и сам заметил, что Дит без ума от тебя.
Рейсин хотелось верить, что это так. Но что же будет теперь?
– Зачем я ему все это наговорила? – прошептала она. – Сама лгала, чтобы обвинить Дженкса… Что мне теперь делать?
Хоторн надел шляпу и одарил ее напоследок советом:
– На твоем месте я бы разыскал Дита. Должен же кто-то сообщить ему, что Дженкс не стрелял. Почему бы тебе этого не сделать?
Да. Кто-то должен сообщить Диту о брате.
И не кто-то, а именно она. Хоть как-то загладить свою вину.
– Спасибо, Тим, – поблагодарила Рейсин, протягивая ему руку.
Он улыбнулся ей очаровательной улыбкой невинного мальчугана и пожал руку. Насвистывая себе под нос, полицейский, довольный, смотрел ей вслед, пока она не скрылась из виду.
Рейсин и в голову не приходила мысль, что Дит может воспользоваться ее машиной. Но когда она вышла на улицу, окутанную сумерками, и увидела оставленный грузовик, сердце ее сжалось.