– Полностью с тобой согласен,– подтвердил Нельсон. Мы с Габи весьма охотно приступили к десерту. – Натуральная отечественная клубника и хорошо сбитые сливки…
– Нельсон – чудо-кулинар,– воскликнула я, зная, что расхваливать самого себя Нельсон не станет. – И предпочитает только здоровую пищу.
– Вот тебе раз, а, Свин? – пробормотал Ники. – Оказывается, он только с виду такой зануда.
Нельсон бросил на него убийственный взгляд.
– Мужчины, которые умеют готовить,– просто мечта! Верно, Леони? – воскликнула я. – До чего приятно есть, когда приготовлено с душой, специально для тебя!
– И обходится такая еда куда дешевле ресторанной! – воодушевленно поддакнула Леони. – Я вообще не понимаю, почему большинство людей ужинают не дома.
– Потому что в ресторане ты на виду, прилично выглядишь,– сказала Габи. – И посуду мыть не надо.
– Да, плюсов много,– торопливо сказала я. – Но ужинать дома тоже хорошо. Особенно когда поздно возвращаешься с работы.
В глазах Имоджен вспыхнул зловещий огонь. Она подалась вперед и прошипела, обжигая меня взглядом:
– Только не говори, что собираешься домой с нею!
– А если и так? – с оскорбительной небрежностью спросил Ники.
– Домой она поедет со мной,– сказал Нельсон.
Ники, Имоджен и Леони в ужасе округлили глаза.
Послышался шум и постукивание в колонках. Начинался розыгрыш лотереи.
– Достаем билетики! – весело скомандовал Нельсон. – Да, Мел, вот твои,– добавил он, протягивая мне два билета. – И твои. Спасибо, очень щедрый жест.
Нельсон передал несколько штук Ники.
Я заметила, что по имени мой сосед его не называет. Все, за исключением меня, говорили Николасу просто «ты». Странно. Ведь он не только носил титул, но еще и был вхож в высшие круги английского общества, где вращались такие аристократы, каких ни я, ни Нельсон в жизни не видели. А среди наших знакомых, скажу по секрету, есть люди весьма и весьма знатные.
– Добрый вечер, друзья. Я Араминта Бельведер,– прогремел, заглушая всеобщую болтовню, женский голос со сцены. Гости еще больше оживились и зазвенели бокалами. – Прежде чем перейти к розыгрышу, позвольте мне в двух словах рассказать о нашей благотворительной организации…
Мы с Габи и Леони слушали Араминту. Чандер снова достал сотовый, а Имоджен нависла над столом и, не трудясь понижать голос, обратилась к Николасу:
– В конце Дейвис-стрит открылся новый бар. Не желаешь съездить?
Почувствовав на себе мой строгий взгляд, она перестала игриво поводить бровью.
– Я не слышу Араминту,– вежливо прошептала я. – Не могли бы вы поговорить чуть позже?
– Я тут на одном ужине! – пробасил Чандер. – Нет! Через полчаса! Угу.