Годрик и Кристи неотрывно смотрели друг на друга. Я не могла определить, что немая сцена значит и чем закончится: слезами? Скандалом? Воссоединением? Я переводила взгляд с него на нее и обратно.
Нет. Было сложно что-либо понять. Тем-то и опасны отдельные представители элиты: по их каменным лицам не угадаешь ни единого чувства. Аристократические физиономии, накачанные ботоксом.
– Хотите чего-нибудь выпить, Кристи? Я уже ухожу, у меня встреча.
В эту самую минуту Годрик вернулся к жизни
– Он что, собрался составить нам компанию!
– Кто?
– Джонатан.
– Я ужинаю не с Джонатаном, – сказала я. – С сестрой. Эмери, помнишь ее?
Годрик нахмурился.
– А он что здесь делает?
Я резко повернула голову.
Да, действительно: на верхней ступеньке лестницы, что вела вниз, в главный бар, стоял Джонатан. И не один. С ним рядом, что-то непрерывно говоря, красовалась худая блондинка в серебристом платье-футляре.
Синди.
В моих жилах застыла кровь.
В прямом смысле. Клянусь, я почувствовала, как жидкость в кровеносных сосудах вдруг превратилась в тягучее желе.
Я и шагу не успела ступить, когда взгляд Джонатана, раздраженного из-за речей Синди, упал на меня. Они стояли на единственном освещенном пятачке в целом зале, поэтому я ясно увидела отразившиеся на Джонатановом лице удивление, потом предельную злобу и наконец отвращение.
Меня затошнило.
– О господи… – простонала я.
Видел ли он, как Годрик пристал ко мне с поцелуями? С расстояния сцена выглядела наверняка убийственно.
– Ну и что? – напористо спросил Годрик. – Что теперь?
Я приоткрыла было рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле. Я смотрела на себя глазами Джонатана: наплевала на его просьбу, солгала, что буду в ресторане с сестрой, и, хуже того, напялила парик!
Я подняла руку, собравшись снять его, но передумала. Какой смысл? Джонатан уже заметил меня. Оставался единственный выход – придерживаться правды. Так и сказать: решила оказать Годрику последнюю услугу, а парик надела, чтобы его же, Джонатана, больше не ставить в неловкое положение.
А какого черта делает тут он, в компании Синди? Ведь заявил, что будет занят с клиентами.
Мне сделалось еще хуже, ноги подкосились, и, если бы я не держалась за столик, наверняка упала бы.
Несмотря на слабость и тошноту, в голове созрел план. Не дожидаться, когда ко мне подойдет Джонатан, а самой все выяснить. Сейчас же.
– С вашего позволения, – пробормотала я Годрику и Кристи и, набрав полные легкие воздуха, решительно пошла к Джонатану и Синди. – Привет, Джонатан! Только тсс! Я маскируюсь.
– Мелисса, – ответил Джонатан. Его лицо было точно каменное. – Мелисса, это Синди. Синди, это Мелисса Ромни-Джоунс.