Я чувствую пульсирующие выплескивания спермы. Он поскрипывает зубами. И все сразу тихо и светло. Он лежит на мне, перебирает мои волосы, накрывает ими мое лицо.
— Извини… что так…
Я молча улыбаюсь. Я и не рассчитывала на оргазм. Я должна была дать себя выебать. Но мне было хорошо. И радостно почему-то. Он встает, наливает вино, подмигивает мне. Я уже, конечно, залезла под одеяло, а он совсем не стесняется быть голым. Почему член темнее остального тела? Потому что он занимается «темными» делами…
— Ну что, помыть тебя? Пошли, у меня большая ванна, вместе поместимся.
Ванна справа от комнаты, а слева — дверь другой. Никто там не живет. Александр сказал, что, может, ее дадут им с матерью. Конечно, лучше им, чем вселять кого-то постороннего. Я вхожу в огромную ванную комнату — он стоит под душем и мылится розовым мылом. Занавески нет, поэтому вода брызгает в стороны, и несколько капель попадает мне на живот, заставляя его вздрагивать.
— Ну что ты там ежишься, иди сюда! Хорошо под водой!
Да, как хорошо и просто. Мы оба скользкие от мыла — он действительно моет меня. Смешно. Но мы ведь не только мыться пришли в ванну. Я трогаю его член. Рука плавно ходит по нему, и он быстро твердеет в ней. Александр кладет мне руки на плечи и давит слегка вниз. Я встаю на коленки. Вода бежит между моим лицом и его хуем. Как много воды! Он тихонечко двигается — поглубже в мой рот. Ой, я сейчас захлебнусь и водой и хуем…
— Бедненькая, дай я тебя по спинке похлопаю.
Я действительно кашляю. Девушка скончалась, захлебнувшись хуем.
— Хватит меня бить. Обрадовался!
Он поднимает меня, держа обеими руками за лицо. Целует. У него глаза от воды красные.
— Хочешь волосы помыть? Людка мне дала шампунь — продала, естественно, — сказала, что блестеть будут волосы. Пусть у тебя блестят.
Шампунь пахнет пирожными. И столько пены от него… Александр вылезает из ванны, вытирается огромным полотенцем. У нас дома такие же полотенца — китайские. Остатки дружбы…
— Сейчас я тебе сухое принесу.
Как странно! Я его больше не стесняюсь и будто знаю сто лет. На полу лужи. Зеркало запотело. Я протираю его краем полотенца — у меня тоже глаза красные. Как трудно расчесывать мокрые волосы! Зачешу их спереди, мне хорошо, когда волосы назад.
Александр лежит на кровати, курит. Я тоже лягу к нему. И мы будем любиться. Долго. У меня волосы успеют высохнуть, так долго мы будем любиться.
— Корова ты моя, я люблю тебя.
— Почему я корова?
— От тебя пахнет, как в детстве — парным молоком.
Когда он сказал мне это? Неделю назад, две? Время несется. Помедленней бы! Чтобы запомнить. На потом когда-нибудь… Мама — она не смотрит мне в глаза, если удается увидеть их. Уроки… Я сама — музыка. Я — форте. Фортиссимо! И нам негде спать.