Следующим же утром молодые улетели домой.
Майлз оставил джип на стоянке в аэропорту. И по дороге они заехали в офис Карен.
Был субботний вечер, но Эмили работала, не покладая рук. Она встретила подругу с распростертыми объятиями, восклицая, что та великолепно выглядит.
– Это твоя заслуга, – сказала Карен Майлзу, когда вдали показались знакомые резные ворота. И вздохнула: – Похоже, у Эмми все под контролем.
– Чувствуешь себя отстраненной от дел? – поддразнил ее муж.
– Немножко, – призналась Карен.
– А я бы воспринял это как комплимент: ты оставила заместительнице столь замечательно отлаженную, превосходно работающую систему, что ей и разобраться труда не составило.
– Ты мне льстишь. Говоря о делах, ты, небось, сам думаешь о своих плантациях? – лукаво поинтересовалась она.
– Э-э-э… по правде говоря, да.
– Благословляю тебя на труды праведные, – улыбнулась Карен. – А мне предстоит распаковывать вещи… и много всего другого.
Майлз оглядел жену с головы до ног, и в глазах у него заплясали чертенята.
– Только не бросайся сразу к стиральной машине, ладно?
– Смотря по обстоятельствам, милый. – Машина завернула за поворот – и навстречу им вылетел Мерлин. – А где же «абориген»? – удрученно вздохнула Карен.
– Не видно. – Майлз слегка нахмурился и притормозил на усыпанной гравием площадке перед домом.
Тут уже стоял еще один автомобиль: серебристый «бьюик» с откидным верхом. Карен видела его в первый раз, Майлз, судя по всему, тоже. А затем на веранду вышли двое – и владелец усадьбы выругался сквозь зубы.
– Неужто? – ахнула Карен.
– Вот именно. Линда и ее новый дружок.
– А вчера вечером… ты знал об их визите? – спросила она.
– Разумеется, нет, – мрачно ответил Майлз, выбираясь из машины.
К тому времени из дома вышла Салли: вид у нее был крайне встревоженный. Майлз обошел джип кругом, помог жене выйти, а затем взял ее под руку и повел к веранде.
– Здравствуй, Линда. Чему я обязан сим визитом?
Линда неторопливо окинула Карен оценивающим взглядом. Та в свою очередь поступила так же и пришла к неутешительным выводам: бывшая супруга Майлза по-прежнему ослепляла красотой. Платиновые волосы ниспадали на плечи шелковистой волной, огромные, выразительные васильково-синие глаза в обрамлении длинных ресниц казались бездонными, а фигурка в обтягивающих брючках и синей шелковой блузке сделала бы честь любой фотомодели.
– А ты, Майлз, как видно, времени зря не терял, – прозвучал томный, с хрипотцой, голосок. – Надеюсь, ты предупредил свою новую женушку, что собираешься наладить поточное производство детей?…