Он не прочь был выпить пива, однако разговор затягивать не стоило. Стоило поспешить. Но где же теперь рейну искать?
— Благодарю. Я бы с радостью, но и так опаздываю. А тут еще новости не из приятных. Дай бог, рейна жива и здорова, и ее всего лишь удерживают силой в госпитале.
— Если господь милостив и Рела жива и здорова, то ни черта она не в госпитале, — насупленный насупился еще больше. — В казематах, небось, в старом замке. Хрен ее там найдешь. Есть, конечно, вероятность, что Релу действительно болячка прихватила… но не верю я чего-то. Транспорты еще эти под Рокедой… Эх, вся надежда, что сэньо Альмаро забеспокоится и вернется.
— Как он ее оттуда вытащит? — его приятель забыл про закуску. — Сам подумай. Грохнут нашу Релу. Она же заложница.
— А что мы тут сидим?
— В казармы идти предлагаешь?
— Да хоть бы и в казармы. Что там вояки на этот счет думают? Мы тут пиво пьем, рыбу трескаем, а может времени нет совсем, сэньо Альмаро ждать…
Он попрощался, но горячим таможенникам заезжий столичный гость был уже не интересен.
Герейн Лавенг, верховный король Дара, оставил охрану в холле, среди перепуганных клерков. Это здание, бывшую гостиницу "Селестиаль", построенную на фундаменте резиденции перрогвардской инквизиции, горожане до сих пор называли "Песий Двор". Несколько лет после войны, в шикарной "Селестиаль" жили дролери, потом постепенно разъехались, сперва в арендованные, а потом и собственные дома. Вран здание не откупил, но арендовал на девяносто девять лет и обустроил древние казематы под лаборатории. Средние этажи занимали офисы корпорации, на двух верхних жили сам Вран, его дочь и его свита.
За пятнадцать лет Герейн был тут дважды.
— Минус третий этаж, пожалуйста, — сказал он лифтеру.
В сверкающих зеркалах лифта отражался статный офицер в светло-сером мундире эскадрильи "Серебряные Крылья". Может быть, излишне бледный, но Лавенги всегда отличались лилейно-белой кожей. Герейн твердо посмотрел сам себе в глаза. Он уже не мальчик, и огромный страшный Вран не выведет его за ухо из своего подземелья.
— Приехали, ваше величество, — осторожно напомнил лифтер.
Герейн поблагодарил кивком и вышел. Двери лифта беззвучно закрылись.
Пустой бетонный короб, длинный коридор. Скупое электричество — дролери не требуется много света, а люди здесь не появляются.
Клац, клац, клац — эхо шагов побежало вперед, ударилось о стену на повороте, вернулось. Клеш-клеш-клеш — зашелестело за спиной. Герейн шагнул за поворот, на долю секунды лицо облепила и прорвалась невидимая паутина.
Защитный экран.
Абсолютный мрак. Герейн знал, что если вытянет руки в стороны — не коснется стен. Он просто шагал вперед, вслепую, с заложенными ушами, не слыша теперь ни шагов, ни собственного дыхания.