— Ну а теперь, детка, — промолвил он, — ты должна мне кое-что объяснить.
Дженни кивком указала на священника, который все еще ждал их в тени неподалеку. Хью остановился возле него, чтобы сказать:
— Полагаю, нам следует во всем разобраться самим, святой отец, если только вы еще не придумали простого способа исправить то, что было совершено этим вечером.
— Это совсем не просто, сын мой, — вздохнул отец Донал. — В этом я совершенно уверен. До тех пор пока не получите решение об аннулировании брака, вы будете официально считаться супругами. Правда, я бы хотел сказать, что вы подходите друг другу намного больше, чем многие из тех, кого мне доводилось венчать…
— Доброй ночи, святой отец, — заключил Хью.
Пока они шли в сторону лагеря, Дженни немного собралась с духом. Она понимала, что Хью сердит, и знала, что он имеет на это полное право.
— Ну вот, теперь нас никто не слышит, — наконец сказал он. — Расскажи мне все.
Где-то впереди Дженни видела горящие факелы, двигавшиеся по направлению к лесу. Большинство жителей города разошлись по своим домам, так что они с Хью остались практически наедине. На западе только что взошла луна. Она была почти круглой, и ее таинственный серебристый свет заливал улицу.
— Так что же? — спросил Хью, в голосе которого зазвучали нетерпеливые нотки. — Теперь у тебя не получится отговориться тем, что ты сказала первое, что тебе пришло в голову, как это сделал я, когда разговаривал с шерифом.
— Знаю, — начала Дженни. — Я сказала это лишь потому, что не могла открыть правду Весельчаку или кому-то, кто захотел бы узнать то, что ему знать не следовало.
— Тем не менее со мной ты могла быть честной, — заявил Хью.
— Ты рассердился бы.
— Господи, а сейчас я разве не сержусь?!
Дженни набрала в грудь воздуха:
— Я сказала им, что ты мне не нравишься, только потому, чтобы они не позволили тебе насильно увезти меня. Мне и в голову не пришло, что он решит, будто я должна выйти за тебя. Ты только подумай, кому такое может прийти в голову? Это же просто невозможно!
— Странно однако, что он до сих пор не узнал, кто мы такие, — задумчиво произнес Хью. — И еще мне непонятно, почему он не спросил, о чем мы толковали с шерифом Максвеллом. А ведь он должен был видеть, что мы разговариваем.
— Ты думаешь, он слышал, как шериф называет тебя «сэр Дуглас»?
— Возможно, — признался Хью. — Но даже если этого не расслышал сам Весельчак, то были другие, кто наверняка слышал и видел все. У меня такое ощущение, что нас уже раскрыли, только мы этого не знаем.
— И мы до сих пор не знаем, что угрожает Арчи Мрачному или Триву, — торопливо произнесла Дженни. — Ничего мы не узнали и о пропавших драгоценностях, кроме того, что в лагере шериф их не обнаружил. Нам следует по крайней мере дойти с менестрелями до Трива, чтобы предупредить Арчи Дугласа.