Тот улыбнулся в ответ:
– Давненько ты не заглядывал к Рону. Он будет рад тебя видеть.
– Он в городе? Скажи ему, что я обязательно заскочу к нему на днях, – кивнул Васа.
Позже я спросил его, кто такой этот Рон. Оказалось, это бывший учитель Бифура, с которым Васа давным-давно корешевал. Но потом у каждого появились свои дела и обязанности, и встречаться они стали редко. От случая к случаю.
Бифур извинился и ушел по своим делам. Другие остались.
– Ну что, выпьем за успешное окончание дня? – спросил Мондрид и разлил всем огненной настойки. Я без колебаний взял протянутый мне кубок. Сегодня у меня был первый боевой поединок с одним из сильнейших адептов боевой магии среди гномов. Стресс обязательно нужно снять. Так что выпить мне определенно следовало, и я поднял кубок.
Эх, сейчас бы полстакана водки, а не этой пламенной бурды. Хотя тоже штука крепкая и приятная, но… Все хорошо в свое время и на своем месте. Элитное красное вино – в ресторане при свидании с женщиной, коньяк (или демонская огненная настойка) – во время беседы с интересным человеком о чем-то земном или вечном, ликер или коктейль – во время отдыха где-нибудь на югах… Ну а чтобы снимать стресс, ничего лучше водки не придумаешь. Здесь дополнительные вкусовые добавки к алкоголю не только не помогают оздоровить организм, но, наоборот, вредны. Ладно, фигня вопрос, будем потреблять то, что есть. Не устраивать же инфомагическую трансмутацию вещества непосредственно на глазах у магов. Это уж точно была бы абсолютная наглость.
Я выпил кубок до дна и стряхнул оставшиеся капли на землю. Все гномы сделали то же самое. Это обычай народа горных мастеров, идущий с самых древних времен. Тем самым они выражают уважение и преданность стихии, которая, как считают, их породила.
Мы веселились. Экзамен закончился обильным застольем, устроенным тут же, за длинным комиссарским столом. Как выяснилось, диплом боевого мага у гномов считается не совсем честно полученным, если на нем нет хотя бы нескольких бурых пятен от пролившегося вина на послеэкзаменационной гулянке с принимающей комиссией. Это у них такая тихая форма протеста против продвижения любимчиков «верхолазов»: дескать, мы выполнили все, что попросили важные персоны, приняли экзамены, выдали диплом, но ты нам не брат. Моя бумага, оформленная и заверенная печатью Мондрида, лежавшая рядом с моей тарелкой, была уже изрядно раскрашена пятнами. Каждый из гномов считал своим долгом сказать хвалебный тост в мой адрес и выпить на брудершафт с новым собратом. Кубки, кстати, были довольно объемные, раза в полтора больше, чем наши земные бокалы для шампанского.