— Например?
— Кажется, когда Лола впервые узнала о торговле наркотиками в старой тюрьме три четверти века назад, масштабы проблемы ее поразили. Но этот скандал довольно известен, и я, разумеется, знаком с историей наркокультуры в этом городе. Так что я объяснил ей, какие наркотики пользовались в то время наибольшей популярностью и насколько распространен был наркобизнес — даже в американских исправительных учреждениях.
— А Греньер? Какие у них с Лолой были отношения?
— Спорю, вам оказалось нелегко заставить его пообщаться с вами. — Лэвери не ошибался. Я надеялась, что к понедельнику Сильвия Фут известит нас, что профессор биологии вернулся и готов с нами встретиться.
— Почему вы это говорите?
— Потому что Томас Греньер — эгоистичный сукин сын, и оказывать содействие в таком деле, как это, — совершенно не в его духе.
— Нам сказали, что Греньер хотел взять вас на свою кафедру, тогда как Шрив и другие не были столь заинтересованы в вашей работе на антропологическом отделении. Это правда?
— Правда, детектив. Но не потому, что он верил в меня. Он рассматривал это как деловое предложение. При мысли обо мне у него перед глазами начинали бегать долларовые значки, а не академические шапочки.
Мы с Майком растерялись.
— Я и не знала, что в университете такие проблемы с деньгами, — призналась я.
— Тогда я догадываюсь, что вы никогда не встречались с Томасом Греньером. И вы не имеете представления, что сделал с колледжами Интернет. И не только в аудиториях. Благодаря Сети, современные университеты стараются нажиться на коммерческом рынке.
— Что вы хотите этим сказать?
— Раньше, мисс Купер, мысль о том, что профессор может зарабатывать деньги своими исследованиями, считалась неприемлемой во всех университетах без исключения. Я не говорю о моей ситуации, если вы об этом думаете. Всегда считалось, что мы, ученые, — вне рынка, и долгое время мы этим пользовались. Из поколения в поколение мы передавали знания нашим детям. Но сегодня многие крупные университеты стараются извлечь доход из своего интеллектуального капитала. Превратить его в финансовый капитал, как поступает остальной мир.
— А Интернет?
— Это золотое дно. Сеть обеспечивает большую и быструю окупаемость. В интернет-сообществе существует жесткая конкуренция, и администрация во всем мире старается использовать любые возможности повысить доход преподавателей — через расширенное использование их работ. Ну и самим университетам кое-что перепадает, конечно. Игра ведется по-крупному. Я удивлен, что вы об этом не читали. Печаталось в передовице «Таймс» не так давно. Ключевой игрок — Греньер.