— Так-так. Что за милая картинка! — произнесла миссис Суинделл, захлопывая крышку копилки. — Бедный мистер Суинделл роется в грязи, ищет, чем бы набить ваши неблагодарные пасти, — она указала корявым пальцем в сторону Сэмми, — а молодой парень, такой как ты, болтается без дела в доме. Неправильно это, по мне, так совсем неправильно. Когда благодетельницы вернутся, я обязательно так им и скажу.
— У мистера Саттборна есть для тебя работа на завтра, Сэмми? — быстро спросила Элиза.
Сэмми кивнул.
— А на послезавтра?
Снова кивнул.
— Это еще две монеты на этой неделе, миссис Суинделл.
Ах, каким кротким сумела она сделать свой голос! Но все без толку.
— Нахалка! Как ты смеешь дерзить! Если бы не мы с мистером Суинделлом, вы, сопливые ничтожества, давно бы драили полы в работном доме.
Элиза затаила дыхание. Перед самой смертью мать взяла с миссис Суинделл обещание, что Сэмми и Элизе будет позволено оставаться жильцами, пока они смогут вносить арендную плату и помогать по хозяйству.
— Но, миссис Суинделл, — осторожно начала Элиза, — мама сказала, что вы пообещали…
— Пообещала? Пообещала? — От злости у нее слюна вспенилась в уголках рта. — Я тебе пообещаю. Я пообещаю пороть тебя до того дня, когда ты сесть не сможешь!
Она внезапно вскочила и потянулась к кожаной плетке, висевшей у двери.
Элиза спокойно стояла, хотя сердце ее колотилось.
Миссис Суинделл шагнула вперед, затем остановилась, ее губы тряслись от припадка жестокости. Не проронив больше ни слова, она повернулась к Сэмми.
— Ты, — сказала она. — Иди сюда.
— Нет, — быстро возразила Элиза, ее взгляд метнулся на лицо Сэмми. — Нет, простите, миссис Суинделл. Я вам надерзила, вы правы. Я… я исправлюсь. Я завтра подмету магазин, я отдраю переднее крыльцо, я… я…
— Вычистишь уборную и выведешь крыс на чердаке.
— Да, — кивнула Элиза. — Все сделаю.
Миссис Суинделл держала кожаную плетку перед собой параллельно полу. Она смотрела исподлобья, переводя взгляд с Элизы на Сэмми и обратно. Наконец отпустила один конец плетки и повесила ее на место у двери.
Элиза испытала головокружительное облегчение.
— Спасибо, миссис Суинделл.
Чуть дрожащей рукой девочка передала миску похлебки Сэмми и взяла черпак, чтобы налить себе.
— Стой, — велела миссис Суинделл.
Элиза подняла взгляд.
— Ты, — миссис Суинделл указала на Сэмми. — Вычисти новые бутылки и расставь их в шкафу. Никакой похлебки, пока не сделаешь.
Она повернулась к Элизе.
— А ты, девчонка, иди наверх, с глаз моих долой. — Ее тонкие губы тряслись. — Обойдешься сегодня без ужина. Еще мне не хватало кормить бунтовщиков.