— Ну хорошо, но по крайней мере приляг.
— Чуть позже. Сперва я кое-что должна сделать.
Донна подозрительно сощурила глаза:
— Что может быть важнее заботы о себе?
— В каком-то смысле этим я и собираюсь заняться. — Келли заложила выбившуюся прядь волос за ухо.
— Ты уходишь? Но ты же не собираешься куда-то ехать?
— Собираюсь. Хочу разобраться со своей сестрой — раз и навсегда.
Келли пробил озноб, и она обхватила себя руками. Холодный ноябрьский ветер бросал пряди волос ей в лицо. Ей не пришло в голову захватить пальто; когда она уходила из дома, то меньше всего думала об удобстве. Она шла, оглядываясь по сторонам. Это было очень красивое место — повсюду росли деревья. Листья давно опали, и обнаженные ветви пропускали солнечный свет, согревавший ее, когда стихал ветер.
Толстый ковер травы заглушал шаги, когда Келли проходила мимо могильных плит. К своему удивлению, она ясно помнила место, где похоронили сестру. Когда она была здесь в последний раз с Ником, он держал ее за руку в знак поддержки. Жаль, что его не было с ней сейчас.
Мери-Бет покоилась в новой части кладбища. Плоские таблички были воткнуты в землю. Впереди Келли увидела маленький холмик и деревце, отмечавшее место последнего приюта сестры. Келли взобралась на небольшой пригорок и нашла бронзовую табличку:
МЕРИ-ЭЛИЗАБЕТ ДЕ КОРС — ЖЕНА, ЛЮБИМАЯ МАТЬ
Руки Келли сжались в кулаки.
Она провела дрожащей рукой по высеченным буквам от начальной и дальше по всему имени. Она ожидала, что бронза будет холодной, но табличка нагрелась от солнечных лучей. Келли сейчас больше, чем когда-либо, нуждалась в теплоте и защите.
— На этот раз ты не будешь торжествовать. Я сохраню этого ребенка.
Ник метался в поисках Келли. Ее нигде не было видно, и он не знал, где ее искать. Доктор сказала, что некоторое время ей опасно вставать с постели. Спасибо, Донна позвонила ему в офис.
Ну зачем он сказал ей, что никогда не любил ее сестру? Меньше всего ему хотелось лишать ее иллюзий; он так старался скрыть от нее, какова была Мери-Бет. Но каким громадным облегчением для него было в конце концов выплеснуть то, что наболело, рассказать о действительных мотивах своего первого брака. Он ей столько всего наговорил; теперь Ник хотел взять свои слова обратно. Он никогда больше ее не обидит. Он любит ее. Ради чего он столько времени подавлял свои чувства? Пока не поздно, он должен рассказать Келли, что он к ней испытывает.
На вершине холма он заметил ее яркие волосы, сиявшие на солнце. Его Келли сидела на траве, скрестив ноги. Он возвел глаза к небу и выдохнул короткое «спасибо». Потом услышал ее голос и уловил горькие слова.