Но Сенечка и не собирался думать о таких сложных и запутанных вещах. Он вообще редко думал. И теперь он думал, скорее всего, о Тасе. И это для него было много. И очень бесстрашно. Потому что ни сумасшедших машин, ни сумасшедшего мира он не боялся. Впрочем, возможно, это было самое безопасное. Во всяком случае, для него.
За эти две недели я действительно отдохнул. Правда, были некоторые неприятные моменты. Но, как это бывает, я тогда и не подумал, что они неприятные. Я подумал, что это так, просто случайность, любопытство, глупость или черт знает что. Я помнил про черта в графине. По мере убывания жидкости – он уменьшался. По мере убывания дней уменьшаются и страхи, и подозрения.
Несколько раз в мою заснеженную витрину заглядывали. Причем по очереди! С точностью секундомера – то одна, то один. Это была супружеская пара. Кажется их фамилия … Нет, точно не помню фамилию. В районе их называли парочкой Косулек. Возможно, все же их фамилия была Косулевы. Думаю, красивая фамилия. Я немало знал людей с красивыми фамилиями, но так и не узнал, насколько они сами красивы. Впрочем, наверно, я слишком мало прожил, чтобы узнать. А иногда, мне кажется, это был их псевдоним. Ну, знаете, как у художников, композиторов, ученых. Почему бы не у поваров? Готовящих на жаркое косуль? Которые совсем недавно были живыми. Логично.
Так вот они, эта парочка Косулек, попеременно вдруг стали заглядывать в мое заснеженное окно. Благо, оно было заснеженным! Мне не очень хотелось созерцать их красные, помятые рожи, которые не очень соответствовали ни фамилии, ни прозвищу.
На углу, справа от моей лавки, напротив цветочного магазинчика располагался их ресторанчик «У Косулек». Элитный ресторанчик. Нет, это, скорее сказано для журналов с блестящей обложкой. Ну, такой маленький… бутик (я уже выражаюсь, как Тася). Ну, не бутик, а забегаловка по продаже мяса. Мяса косулей, оленей, ланей, лосей и им подобных краснокнижных товарищей. Косулек. Которые с пылу да жару – прямо на стол. Впрочем, мне не было дела ни до торговцев мяса, ни до их бутика. Но как-то щемило сердце, глядя на вывеску, на которой сияло фосфорической краской: «Умчи меня, олень, по моему хотенью!» Я не знал, куда мог умчать кого-то мертвый, посыпанный перцем и базиликом олень. В тупик? Ну, может, разве, ананасовый соус мог растопить мечту о свободе?
Я понятия не имею, откуда они брали такое элитное мясо. В наших краях явно не водились подобные животные. Но Косулевы почему-то их доставали. Почему – стоит ли углубляться в понятия, на которые не найдешь ответ. Причем никогда!