– Неужели жизни твоих ребят ничего не стоят?
– Почему это? – возмутился Рамин. – Стоят! Но при нашей подготовке и технической оснащенности сааны почти ничего не смогут сделать.
– Ты так уверен? – холодно осведомился Варт. – Зря.
– А почему? – вмешался в разговор император.
– Дивизии всего полтора месяца, – устало объяснил дварх-полковник. – Она не сработалась, уровень доверия между бойцами, младшими офицерами и командирами еще невысок, люди не научились действовать как единый организм. Да и полученные навыки еще не отработали должным образом. Из всего этого следует только одно: потери в бою будут слишком велики!
– Вспомни результаты учений! – возмутился генерал-майор. – Мы раскатали в блин лучшие гвардейские подразделения, которым саанские дестроеры в подметки не годятся. И в космосе, и на грунте!
– Если бы это сказал мне салага, вчера вышедший из училища, я бы понял… – сузились белесые глаза Варта, в них загорелся недобрый огонек. – Чего еще ждать от восторженного щенка. Но боевой офицер, не раз видевший кровь и терявший друзей?.. Неужели не понимаешь, что учения и реальный бой – разные вещи? Знаешь, похоже ты так и остался капитаном в душе. Выше не поднялся! Извини уж.
– Чему-то по-настоящему научиться можно только в реальном бою! – отрезал обиженный Рамин. – Дальнейшие тренировки нам мало что дадут, и ты это знаешь! Тем более что до войны осталось всего ничего. Да, потери обязательно будут, но разве иначе возможно? Я потому и хочу, чтобы мои ребята проверили себя в бою и успели еще кое-чему научиться до начала большой свалки, чтобы они были готовы встретить десанты саанов. Это наш долг защитить тех, кто сам не способен защититься! Может, с твоей точки зрения я и не прав, но иного выхода не вижу.
– В чем-то ты прав, конечно, – вздохнул дварх-полковник. – В этой войне всей стране выжить бы, однако потери все-таки следует по возможности минимизировать. Ты видел снимки оборонного пояса вокруг Керлиана? Думаешь, командующий дестроерами идиот? Да, доспехи и генераторы защитного поля многое дадут, от многого уберегут, но далеко не от всего. Чтобы избежать потерь, нужна четкая сработанность бойцов даже на уровне отделений, не говоря уже о взводах и ротах.
– Ты зря думаешь, что я всего этого не понимаю… – мрачно посмотрел на него генерал-майор. – Прекрасно понимаю. Но ты не учитываешь, что в моей дивизии нет новичков, только обстрелянные ветераны, только лучшие из лучших. И каждый знает, что будет со страной и его семьей, если сааны победят. Поэтому готовы драться до конца, не жалея себя. Высказанная мною сейчас просьба об участии в реальном бою – не только моя, а всех бойцов дивизии. Вчера ко мне пришла делегация офицеров. Я приводил им те же доводы, которые ты сейчас приводишь мне. Они в ответ сказали мне кое-что, после чего я изменил свое мнение.