– Но-но-но! Я бы попросил...
– Ты бы попросил! А мне начхать на твои просьбы, понял? Ты где работаешь, подлец? В банке?
– Светик, ну зачем ты при посторонних...
– Он в банке работает, девушка, – вкрадчиво сказала барби, обращаясь ко мне, – руководит департаментом по связям с общественностью. Правильно, Коля? Ну вот! А теперь вы у него спросите, когда он в этом банке был последний раз! Не спрашивайте, он не помнит! Он туда не ходит, потому что у него и так все схвачено! Тесть – председатель правления!.. За него всю работу делает заместитель. А ему только деньги! А он с деньгами – да по бабам! Ха-ха! А ну колись, шалава, сколько он тебе заплатил? – вдруг взвизгнула она.
– Да долларов тысяч так... пять, – ответила я невозмутимо.
– Пять тысяч! – присвистнула барби.
– Да он не деньгами, – сообщила я тоном примерной девочки. – Он мне платье от Нины Риччи купил, костюм от Сони Рикель. Ну и вот это – новинку летней коллекции Мариэллы Бурани.
– А-а-а! – закричала мадам, как ужаленная. – Такие деньги?! Этой корявой? Да сколько ж ты тогда Кристинке платил? А Жюли?
– Светлана, прекрати. Тут деньги ни при чем!
– Видали! Ни при чем! Так я тебе и поверила!.. А что они с тобой – так просто?! Без денег? Не поверю ни в жисть! Больно ты им нужен!! Импотент, урод! Ты и мне-то не нужен на фиг! Я с тобой только из-за детей!.. А ты, сучка, не выйдешь отсюда, пока не вернешь мне деньги! Все – до копеечки! Поняла? Я сейчас позвоню секьюрити, скажу, чтобы не выпускали тебя отсюда. Гони деньги – чё встала?!
Я не пошевелилась в ответ.
– Светик, ты горячишься! Для чего нам выносить сор из избы? Если сейчас ты секьюрити позвонишь, завтра об этом узнают все жильцы...
– Ах, сор из избы! Кобелина. – С этими словами барби закатила своему мужу звонкую пощечину. – У тебя все начинается и заканчивается в койке! А то, что отец при смерти, что вся семья на ушах, тебе один черт...
В этом месте своей филиппики мадам не сдержалась и разразилась слезами. Соломатников бросился ее успокаивать. Воспользовавшись благоприятным поворотом событий, я незаметно выскользнула из квартиры и бесшумно закрыла дверь.
Фасадом «Голубые небеса» смотрели на Москву-реку. На большую воду, как романтично писали авторы рекламных буклетов. Зато задворками жилой комплекс примыкал к пыльному безлюдному пустырю. Впрочем, скажите на милость, каких людей можно встретить в четвертом часу утра? Ментов? Они, естественно, спросят документы. Грабителей? Они отнимут сумку и с мясом вырвут серьги из ушей.
В общем, слава богу, что пустырь и следующая за ним улица оказались безлюдными! Иди свободно, шагай широко – никто не помешает. Только вот ноги подкашиваются и умопомрачительно хочется спать.