- Спасибо!
Он не ответил на ее благодарность. А вместо этого поднял кленовую шкатулку в левой руке и указал на ее нижнюю юбку с порванной оборкой.
- Снимите - я ее тоже зашью.
- Нет, что вы! Зачем вам...
- Снимайте!
- Почему вы меня перебиваете? - спросила она, немного осмелев. Позвольте мне по крайней мере возразить!
- Мисс Лейден, - сказал он, тщательно выговаривая ее имя, - если мне на нос садится муха, я не жду, когда она закончит свое дело. Я тут же ее сгоняю.
- Вы сравниваете меня с...
- Мне кажется, я выразился как нельзя более ясно. - Он увидел, как у нее слегка отвисла челюсть. - Вы удивлены, мисс Лейден? Да, это не очень лестно.
- Я не собираюсь льстить вам, вы невеж...
- Я имею в виду - вам не очень понравилось мое сравнение.
Она закрыла рот и крепко сжала губы.
- Все, это мое последнее слово, - решительно произнес он. - Снимайте вашу юбку, или, клянусь, я сниму ее с вас по частям!
Мерседес больше не сопротивлялась. Встав, она закрылась платьем, спустила юбку и швырнула ему.
- Осторожнее, мисс Лейден, - сказал он. - А то я могу подумать, что ваша благодарность - это только слова.
- Идите вы...
В ответ он лишь вопросительно поднял одну бровь.
- Ну? - сказал он, ожидая конца фразы. Мерседес блеснула серыми глазами.
- ...к черту, - с вызовом сказала она. - Идите к черту! - И она бухнулась на постель, сама ошеломленная этой вспышкой ярости.
- Браво, мисс Лейден, - сказал Колин.
Он подошел к креслу, стоявшему позади Мерседес, по другую сторону кровати, чтобы скрыть от нее сдержанную улыбку удовлетворения, тронувшую его губы. Когда она разозлилась, в ее глазах прямо-таки молнии заблистали. Такое стоило увидеть еще раз.
- Это была, видно, не муха, а оса, - вслух размышлял он. - Клянусь, я даже почувствовал ядовитое жало.
Эти слова заставили ее вздрогнуть. Ей вдруг показалось, что нож, спрятанный на груди, стал огромным, как рыцарское копье. Неужели он знает о нем? Может, это завуалированный намек? Но как ему удалось...
- - Не знаете, что сказать? - небрежно спросил он.
- Вы прерываете даже мои мысли, капитан Торн! Уголки его губ поползли в стороны, и скупая усмешка превратилась в широкую улыбку. Пряча ее, Колин наклонился над открытой шкатулкой с иголками и нитками. Его молчание совершенно взбесило Мерседес, и она повернулась к нему, чтобы отчитать его, но он уже с довольным видом вдевал нитку в иголку.
И у нее совершенно вылетело из головы все, что она хотела сказать ему.
- Почему вы возите с собой швейную шкатулку? - спросила она.
- Так делает всякий моряк, по крайней мере, если он хочет прилично выглядеть на берегу.