С успехом «играл» свою роль и Опперпут. Он постоянно снабжал Курске, с которым был связан по «трестовской» линии, крайне негативной информацией о Бирке[728]. Тут было все: и неясные связи посла с Логановским (многие знали, что этот чиновник НКИД ранее служил в ОГПУ), и информация о наличии у чекистов своего человека в эстонском посольстве (с возможным указанием на Бирка), и вероятное «шпионство» посла в пользу других стран (упоминались Турция и Франция), и его «доносы» на Курске в Ревель. Военный атташе, естественно, «клюнул» на этот негатив и методично переправлял эти «материалы» своему начальству, в Генштаб. Чтобы еще больше обострить отношения между дипломатами и фактически подтолкнуть Бирка к совершению нужных чекистам действий, им обоим по линии агентуры КРО были подставлены секретные документы советского военного ведомства (по некоторым данным это был устаревший мобилизационный план Красной Армии). Исключение состояло в одном: Курске получил полный пакет бумаг, а Бирк — неполный, отсутствовали приложенные к документам фотографии. И тот и другой по своим каналам переправили материалы в Ревель.
Вскоре Бирк попытался удалить военного атташе из Москвы. Свои требования он аргументировал просто: якобы Курске бездельничает, а он, посол, вынужден доставать информацию, которую обязан представлять военный атташе. В качестве успешной работы «по добыванию советских секретов» он указал на документы, подставленные ему агентурой КРО ОГПУ.
Однако Бирк не учел того факта, что аналогичный пакет документов (но более полный) доставил и Курске. И в Ревеле были удивлены, отчего столь серьезные документы посол представил в урезанном виде. И это очень хорошо укладывалось в версию ранее представленную Опперпутом. Дескать, Бирк установил тесные контакты с турецким посольством, и якобы туда и был направлен полный пакет материалов[729].
Неким катализатором стали жесткие действия НКИД, который методично отказывал в разрешениях на въезд в страну, либо добивался выдворения ряда эстонских дипломатов. В прессе чаще всего фигурирует имя секретаря эстонского посольства А. Шмидта. Бывший царский офицер, в 1918–1919 гг. служивший в экспедиционном корпусе англичан под Архангельском, к тому же ярый сторонник подписания «Балтийского Союза», он считался одним из самых успешных эстонских дипломатов. Ранее Шмидт работал в Ковно и Париже, и его появление в Москве напрямую стали связывать с возможной отставкой Бирка. Советские власти не устраивало, чтобы такой дипломат («настоящий классовый враг») возглавлял эстонское посольство в Москве. Просьба НКИД звучала настоятельно, по некоторым данным советские власти даже отказались принимать бумаги у этого дипломата