– Молчать!
Таксисты притихли буквально на секунду, а потом разразились хохотом и новыми криками. Но за краткий миг тишины и неподвижности Сергей успел выхватить из толпы лицо, показавшееся ему наиболее осмысленным.
– Ты! – Он ткнул пальцем в сторону невысокого худого человека, одетого в неизменную белую рубашку и мятые зеленые брюки. – Где твоя машина?
Остальные таксисты продолжали разочарованно лопотать, надеясь, видимо, что приезжие передумают. Лара перевела вопрос, и мужчина ткнул пальцем в сторону, с гордостью выговорив:
– «Форд».
«Форд» действительно имел место, и был он старым, серым и празднично украшенным. Ветровое стекло, бампер и капот обвивали гирлянды красно-желтого цвета, а заднее стекло почти полностью заклеено было СD-дисками, так что они разбрасывали в стороны веселые разноцветные солнечные зайчики, а для водителя оставлена была скромная по размерам амбразура. Сергей крякнул, но потом оглядел остальной транспорт, стоявший и двигавшийся по площади, и понял, что любая машина будет отвечать тем же характеристикам. Ну, только цвет можно другой выбрать. Поэтому он кивнул и спросил, сурово глядя на водителя:
– Наггар?
Тот закивал радостно, протянул руку за сумкой, и таким образом они начали свое путешествие к имению Рерихов. Пока они ехали через городок, Лара сидела прямо, пытаясь справиться с наливавшей виски головной болью, а Сергей жадно крутил головой и смотрел по сторонам. Маленькие облезлые домики, обвешанные множеством вывесок, старые машины – натуральные рыдваны, двигающиеся по дорогам. Мото– и велорикши, шныряющие под колесами, смуглые лица и насыщенный запахами влажный воздух – все было для него ново и странно. Вот проехал грузовик, и Сергей подумал, что по сравнению с ним их «форд» выглядит серым и неинтересным. Трудно было за недолгий миг, когда грузовик проезжал мимо, разглядеть все подробности, но ошарашенный европеец понял, что на всей поверхности кабины вряд ли нашелся бы хоть небольшой участочек, над которым не поработала рука местного дизайнера. Флажки и гирлянды, статуэтки божков и фотографии местных кинодив, зеркала и ленты – вот лишь неполный список элементов декора. Вывернув шею и глядя вслед удалявшемуся чуду автопрома, Сергей удивленно помычал и испытал сильное желание протереть глаза – то ли от пыли, то ли от яркости их начало немилосердно щипать. Когда он сел прямо, впереди увидел реку. О да, это была, несомненно, река, но совершенно не похожая на обрамленную каменными берегами водную артерию, виденную им в Москве и Париже.
Широкий поток тек так, словно его откуда-то вылили. Он был мутный, неровный и как-то не очень замечал собственные берега. Где-то подбирался к самым хибаркам, а где-то, видимо, предпочел свернуть, но проторенная им дорога в виде вымоин и лишенной зелени полосы видна была совершенно отчетливо.