— Это не Миха, — произнес незнакомый голос. — Но ваш друг у нас. Я говорю с Игорем Логиновым?
— Да. — Внутри у меня все заледенело, и я изо всех сил пытался не пустить эти чувства на свое лицо, а потому на всякий случай отвернулся от Кати.
— Вы один?
— Нет.
— Тогда слушайте внимательно и не перебивайте. С ним пока все в порядке, но, если хотите, чтобы так оно и оставалось, вы должны через час приехать, куда я скажу. Один. Никакой милиции. Кроме того, за вами не должны следить и у вас не должно быть оружия.
— Хорошо. — Я старался говорить ровным тоном, хотя внутри меня вспыхнула злая радость: раз они упомянули про оружие, значит, о моих талантах не знают. В таком случае их ждет сюрприз.
В тот же миг в трубке раздался сухой смешок, словно неизвестный прочитал мои мысли.
— Я, конечно, понимаю, что вы — сам себе оружие, но от всех этих ваших сверхъестественных фокусов тоже придется отказаться, если вы хотите увидеть своего друга живым.
Черт! Мишку, вероятно, пытали или угрожали его семье, иначе он ни за что бы не раскололся. Вот твари! Кто же это такие?
— Вы меня слушаете? — оторвал меня от размышлений голос в трубке.
— Да.
— Готовы выполнить все наши условия?
— Да.
— Отлично! Я не сомневался в вашем здравомыслии. Записывайте…
Когда я нажал отбой и повернулся к Кате, то обнаружил, что все мои попытки сохранить ситуацию в секрете от нее оказались тщетными. В ее глазах тревога сменилась страхом.
— Ты ведь не с Мишей сейчас говорил, верно?
— С чего ты взяла?
— Едва ты услышал ответ, сразу отвернулся. У тебя изменился тон, и ответы стали односложными. Так отвечай: я права?
— Да.
— Боже! Кто это был? Его похитили? Требуют выкуп?
— Вроде того.
— Тогда почему звонят тебе? А, я поняла! — Ее лицо исказилось кривой усмешкой. — Все из-за вашего проклятого бизнеса! А ведь я предупреждала его, что это до добра не доведет! Сколько они хотят?
— Нисколько. Им нужен я, а не Мишка, и это обнадеживает.
— Почему?
— Они понимают: чтобы переговоры со мной состоялись, Миша должен быть живым.
— Зачем ты им?
— Пока не знаю, но скоро узнаю. Они назначили мне встречу.
— Я звоню в милицию.
— Никакой милиции! Они особо об этом предупреждали. Я должен быть один и без «хвоста», иначе Мишке конец!
Катя наконец не выдержала и расплакалась.
— Они вас кинут! — истерически выкрикивала она между рыданиями. — Как только ты окажешься у них, Мишу сразу убьют! Будь проклята эта ваша авантюра!
Она бросилась на меня, но я перехватил ее руки и прижал к телу, а затем насильно усадил в кресло.
— Катя, успокойся! Со мной такой номер не пройдет, и они это прекрасно знают. Пока Миша жив, они в безопасности, но, если он умрет, им тоже не жить!