– Прошу тебя, не нужно о нем, – грустно попросила она.
– Ладно. А ты что, правда его любила? – с детской непосредственностью спросил Антоний.
Клеопатра опустила веки.
– Правда. Он заменил мне семью. Если бы ты только знал, какая страшная у меня семья.
И она принялась рассказывать о своих братьях и коварной сестре Арсиное, сгущая краски и выставляя себя невинной жертвой. Под конец Антоний совсем расчувствовался.
– Как же ты сумела после предательства и подлости сохранить доброту и любовь к своей семье?
– Ах! – Клеопатра удрученно вздохнула и невинно заморгала ресницами. – Мы же одной крови. Но мне так страшно знать, что моя сестра на свободе и хочет убить меня.
Царица взяла Антония за руку, на ее глаза навернулись слезы. Аполлодор был бы в восторге от ее актерского мастерства!
– Прошу тебя, помоги мне! – Клеопатра всхлипнула и поцеловала ладонь Антония. – Если она убьет меня, мой сын останется сиротой, ты же не хочешь, чтобы он страдал так же, как и я?
Антоний тяжело сглотнул. Маленькая девочка, подвергающаяся постоянным унижениям сестры Арсинои, взрослая девушка, чудом оставшаяся в живых, едва не погибнув из-за козней той же самой Арсинои. Это было невыносимо! Поразительно было то, что Арсиноя ему рассказывала то же самое, но наоборот – злодейкой выступала Клеопатра. Вот мерзавка!
Встав с ложа, Антоний поцеловал Клеопатру в лоб. Ее душераздирающий рассказ взволновал его не на шутку.
– Я защищу тебя! – с чувством произнес он. – Луцилий! – грозно крикнул Антоний. В пиршественном зале наступила тишина. – Отправляйся в потайное место и немедленно отруби голову Арсиное! Тело привезешь мне!
– Я бы хотела голову, – чуть слышно прошептала Клеопатра.
– Лучше принеси голову!
– Хорошо, Антоний.
Луцилий ушел, напоследок бросив полный сожаления взгляд на одну из служанок.
Клеопатра встала с ложа, взяла Антония за руки.
– Как ты велик и благороден! – восхищенно прошептала она.
12
Клеопатра прислушалась к спокойному дыханию Марка Антония. Так спят только дети или легкомысленные люди. Три года она соблюдала воздержание, и теперь было непривычно видеть в своей постели мужчину.
Царица поднялась, накинула легкую тунику и вышла на палубу корабля. В порту царили тишина и покой. Колесница Ра вот-вот должна была появиться из-за горизонта.
Вновь в ее жизни появился мужчина – зрелый и опытный, намного старше нее. Быть может, благодаря этим отношениям ее сердечная рана затянется и нестерпимая тоска по Цезарю утихнет? И тогда она перестанет сравнивать? Марк Антоний был совершенно иным – его тело, запах, манера себя вести… Их беседы не были наполнены философской глубиной, они были фривольны и легкомысленны. Впрочем, это нравилось Клеопатре. В череде преследующих ее неудач и потерь ей неожиданно захотелось беззаботного веселья и вечного пира. Именно то, что так обожал Антоний и чем сумел заразить ее. Ведь жили же Береника и отец только в свое удовольствие! Чем она хуже? Особенно, когда рядом веселый и беззаботный мужчина. С некоторых пор Клеопатра перестала замечать недостатки Антония, а его грубость и пошлость начинали ее забавлять. Легкое отношение к жизни, к проблемам – вот то, чего ей так недоставало!