Капитан между тем рассеянно бросил псу хлеб, и тот поймал кусочек еще на лету, проглотил, не разжевывая, и в ожидании продолжения пира уставился на хозяина. Ламберт отломил крошку и положил себе в рот, подумал и отдал псу весь ломоть. Стаффорд, медленно смаковавший вино, следил за любимцем Ламберта, хмуро сведя брови у переносицы.
Пес схватил угощение и, пока его не отобрали, довольный, потрусил к отогнутому пологу, за которым виднелась залитая светом походных костров стоянка.
Это случилось неожиданно. Пес сделал несколько шагов, и тут странно вильнул, словно его ударили. Он мгновенно осел на землю, так и не достигнув полога, его тело содрогалось от конвульсий. Из открытой пасти выпал хлеб и потекла белая пена.
Ламберт, оцепенев, смотрел на мертвого любимца, и с лица его схлынула кровь. Стаффорд, охваченный ужасом, выронил стакан. Лукай дернулся, позабыв про боль. Молчание становилось невыносимым, воины остолбенели от осознания страшной правды.
Всего пару минут назад капитан проглотил проклятый крошечный кусочек отравленного хлеба…
Ламберт бессильно опустился на табурет, скрипнувший под ним. На лбу выступили капельки пота, пальцы судорожно затеребили завязки плаща.
– Лекарь! – пробормотал Стаффорд, в панике бросаясь вон из шатра. В тишине ночи раздался его ужасающий вопль: – Герон!!!
Лукай знал, кто убийца! И это имя крутилось у него в голове. Позабыв про ранение, он метнулся из шатра в темноту ночи и заорал забеспокоившимся воинам:
– Где Лариэлл?!
– Не видел! – вытягивая шею, крикнул Рорин.
– Да что случилось? – всполошились воины.
Лекарь, схватив сумку, несся быстрее Стаффорда в капитанскую палатку.
– Ламберта отравили, – произнес Лукай, и его голос прозвучал в гробовой тишине.
На лицах вояк отразился почти животный ужас. Началась сумятица, все бросились к шатру, где лекарь судорожно бил хрипящего капитана по щекам и пытался, разжав сомкнутые зубы, всыпать в рот порошок противоядия. Стаффорд в панике метался по шатру, схватившись за голову.
– Кто? – вскричал Бигдиш, не находя себе места.
Он уже побывал в шатре, выбежал и теперь протиснулся обратно. В это время Лукай носился по лагерю, пытаясь отыскать убийцу.
– Где Лариэлл? – быстро спросил он.
– Это Лариэлл? – коротко процедил Бигдиш, а потом вдруг заорал, надрывая глотку: – Это Лариэлл!!!
Лагерь наполнился суматошным движением. Воины с факелами обыскивали ближайшие заросли, ведь во тьме эльфийских чащ убийца все равно не смог бы уйти далеко. Лес страшен, наполнен зверьем. Хотя мальчик в алом плаще сейчас представлял собой в его глазах самое отвратительное чудовище из всех существующих в Невендааре.