– Через устройство в голове ты можешь руководить полетом?
– Да.
– Но почему тогда на Земле ты не сделал этого? Мог бы рулить, не трогая приборы руками.
– Это сильно нагружает мозг, - поморщился Смирнов. - Начинает болеть голова. Да и земные авиетки распознают только экстренные команды.
– Как вообще возможно, что земные авиетки распознают мысленные команды? - спросил я. - Я впервые увидел такой способ управления летательными аппаратами лишь тогда, когда мы убегали из больницы.
– Электронную начинку для космолетов и авиеток производят у нас, в ПНГК, - пояснил агент. - Там изначально встроена такая функция. Но для ЗЕФ она слишком дорога и противоречит их понятиям о правильном развитии техники. Поэтому мы оставляем перед экспортом только самые важные команды и не тратим денег на усилитель импульсов. Отсюда головные боли при использовании и общая неэффективность.
– Подожди. - Теперь до меня дошло, куда клонит Смирнов. - В ЗЕФ знают, что у вас есть такие возможности?
– Какие? - Агент сделал вид, что не понял.
– Знают ли, что вы поставляете электронную начинку для летательных аппаратов с модулем дистанционного управления? - разжевал я.
– Может, и не знают, - постарался уйти от скользкой темы Смирнов. - Я не специалист в этих вопросах.
Я тоже не был специалистом по части электронного оснащения авиеток и космолетов, но понял одно - если между ЗЕФ и ПНГК вдруг вспыхнет война, то победит Государство Космоса. Я не сомневался, что в нужный момент солдаты из системы Сатурна смогут взять на себя управление всем транспортом ЗЕФ.
Неужели СВ и его провидцы не в курсе этого? В такое мне верилось с трудом. В любом случае, после нашего со Смирновым бегства СВ наверняка заинтересовалось, каким образом агенту удалось контролировать авиетки на расстоянии. То есть, даже если Ведомство и не знало о маленьком секрете ПНГК, то теперь он раскрыт.
Подумав о Ведомстве, я вдруг вспомнил и еще кое-что, связанное с ним. Если виденный мною пару недель назад сон - правда, то меня выпустили с Земли для какой-то миссии на Титане. А теперь я якобы вышел из-под контроля, и они всеми силами пытались меня убить. Чувствую, в ПНГК я встречу массу интересного. Может быть, как раз и выясню, почему СВ не хотело меня сюда пускать. Впрочем, я всегда радовался чему-то новому, поэтому почти не боялся.
Через пару минут авиетка села рядом с массивным зданием, опоясанным колоннами из красного мрамора и увешанным какой-то вычурной лепниной. Архитекторы этого сооружения, похоже, очень хотели воссоздать в облике здания что-то старинное и торжественное. Только под рыжим небом, в окружении цветастых реклам, легких пластиковых домов и мельтешащих летательных аппаратов, результат их потуг выглядел несколько неуместно и мрачно.