Тогда все было совсем по-другому…
Афганистан, Баграм
24 сентября 1978 года
Из Душанбе я прилетел тем же самым рейсом – пока мы разговаривали с генералом, Антей специально задержали на погрузке. Когда меня подвезли к самолету и снова на машине, командир экипажа Антея глянул на меня с подозрением, но ничего не сказал. Не знаю, за кого он меня там принял – но на обратном пути никто не шутил, не балагурил, антисоветские анекдоты про Брежнева не рассказывал. Впрочем – если бы даже и рассказывал – мне тогда было ни до чего. Прижавшись лбом к тусклому иллюминатору, я пытался понять, что же мне делать дальше…
В Баграме меня ждал тот же самый транспорт, на котором я и добрался до Баграма, сорбозам приказали дождаться меня, в ЗИЛ загрузили какие-то ящики, по виду очень похожие на те, в которых доставлялись боеприпасы. Баграм был основной перевалочной базой, на которую из Союза доставлялась самолетами срочная помощь, там же она складировалась и расходилась по частям афганской армии и царандоя (прим автора – ближе всего это понятие к понятию "жандармерия", "внутренние войска". В буквальном переводе – защитники революции ). Вот и решили зря не ездить и на обратном пути загрузить машину. Явно, решение советских – афганцы относились разгильдяйски ко всему и до того, чтобы не ехать в обратный путь с пустым кузовом, явно не додумались бы…
Следующие два дня я работал мало – но все жители нашей, с каждым месяцем разрастающейся советской колонии восприняли происходящее с пониманием и с вопросами, сочувствием не приставали, понимали что и без этого хреново. Со всеми остальными весьма жестко побеседовал лично заместитель ГВС по политической части но меня же оставили в покое. И это, наверное, было правильно – встряска помогала не свалиться в конкретную депрессию, и так было непонятно, какие оргвыводы последуют по этому "самоубийству", а если бы произошло второе ЧП подряд – тут бы головы конкретно послетали бы очень у многих. На работу я ходил, работал вместе с Фархади, не задавая ему ни единого вопроса. А после работы частенько просто бесцельно бросил по улицам Кабула, заглядывал в дуканы – и пытался ни о чем не думать…
Машину закрепили за мной – тот самый довольно пожилой, одышливый УАЗ, на которым ездил Андрей Леонидович – возможно, он был неофициально закреплен за ГРУ, возможно просто был никому не нужен – но машину закрепили за мной…
Двадцать четвертого меня дернули прямо с работы в середине рабочего дня в посольство. Не знаю, почему не могли просто позвонить – приказали приехать. От посольства до министерства обороны было относительно близко, можно было пройти пешком – но я взял машину. И не прогадал. Тот же зам по политической части встретил меня едва ли не в воротах и сказал, что нужно срочно ехать в Баграм и забрать там человека, который прибывает из Москвы. Сначала не врубился – но потом понял, о ком идет речь. Вообще то встречать "своего" должны были милиционеры, они здесь работали советниками в Царандое и их было немало, но почему то доверить миссию встречи гостя из Москвы решили мне. Заправив машину, я погнал ее на Баграм…