Я завис между двумя мирами – из одного места уехал, в другое не приехал. Мир, откуда я родом, состарился и пропах нафталином. Новый, куда я прибыл, оказался ничем. Жизни не было ни там, ни здесь. Той жизни, которой хочется.
Поэтому я знал, что вернусь в Москву по инерции.
А потом… потом, может быть, я наконец пойму, откуда я, а не где мне жить.
А позже догадаюсь – куда жить…
Я чувствовал, что скоро должно совершиться нечто, к чему я шел все эти годы вместе с миллионами «раз, и-и». Бывает так. Идешь по дороге и понимаешь – скоро конец.
В Днепропетровске я прожил месяц. В сентябре здесь жарко, как в московском июле.
Однажды мы с Егором и Сергеем сидели в летнем кафе возле Драматического театра имени Шевченко. Нас обслуживала довольно симпатичная девушка. Коротко стриженная, русоволосая, с голубыми глазами. Мои друзья пытались с ней познакомиться, но она не обращала на нас внимания, пока не услышала, что я из Москвы.
В ее глазах зажегся интерес.
До этого было вежливое равнодушие.
«Так вы москвич?» – спросила девушка, когда мы вышли вечером из кафе; у нее как раз закончилась смена. Мои друзья шли, чуть отстав, чему-то смеялись, что-то обсуждали между собой.
– Нет, я родился здесь. Москву не люблю.
– Зачем же вы тогда там живете?
– Живут же жены с нелюбимыми мужьями, иногда вполне неплохо, – сказал я.
– Я никогда не буду жить с нелюбимым мужем, – объявила она.
Мы с друзьями были довольно пьяными, потому что встретились и начали бродить по городу сразу после полудня; сегодня было воскресенье.
Кристине – так звали девушку – хотелось поговорить со мной, но что-то, похоже, ее настораживало. Она сообщила, что доучивается на отделении перевода и обязательно хочет поездить по миру.
– Ты похожа на Джин Сиберг, – сказал я ей.
– Да? Кто это?
– Была такая актриса.
– Почему была?
– Ну, она покончила с собой когда-то.
– Плохо, – покачала головой Кристина. – Не люблю негатив.