Этан взбежал наверх, и его охватил восторг, когда он услышал ее тихий голос. Работая, она что-то напевала.
А когда он увидел, что она склонилась над его кроватью, похоть молнией пронзила его. Грейс разглаживала и подтыкала под матрас чистую простыню. Высоко обрезанные старые джинсы полностью обнажали длинные стройные ноги. Кровь вскипела и понеслась по жилам, воздухе шумом вырвался из легких. Этан задохнулся, а дремлющая в глубине души боль, с которой он давно привык жить, проснулась в нем. Он уже мысленно видел, как бросается вперед, швыряет Грейс на постель, сдирает с нее одежду и подминает под себя.
Он мог это сделать. Он хотел это сделать… и именно поэтому заставил себя замереть в дверях, пока не вернется хоть часть самообладания.
— Грейс?
Она резко распрямилась и обернулась, прижав ладонь к сердцу.
— О! Я… — Она не могла говорить. Обрывки мыслей завертелись в голове, не желая связываться во что-то мало-мальски последовательное. Что он подумал бы, если бы узнал о ее диких фантазиях? Она только что грезила, как катается с ним, голая и потная, по этим чистым, прохладным простыням. О господи!
Этан, как завороженный, смотрел на ее розовеющие щеки.
— Прости, я не хотел тебя напугать.
— Ничего, все в порядке. — Грейс глубоко вздохнула, надеясь успокоиться, но сердце продолжало бешено биться в груди. — Я никого не ждала… Что ты делаешь дома так рано? — Она крепко сцепила руки, боясь, что не выдержит и бросится к нему. Вцепится в него. — Ты заболел?
— Нет.
— Еще нет трех часов.
— Я знаю. — Этан вошел в комнату, не в силах оторвать взгляд от ее сжатых губ, от кончика языка, облизавшего их. «Не спеши, — сказал он себе, — не пугай ее». — Обри с тобой?
— Нет. У Джулии новый котенок, и Обри захотела остаться с ней, поэтому… — Она вдохнула его аромат, аромат морской воды и солнца, и почувствовала головокружение.
— Значит, нам никто не помешает. — Этан подошел ближе. — Я очень надеялся застать тебя одну.
— Правда?
— Я думал о тебе с той самой ночи. Я так хотел тебя. — Этан нежно обнял ее и нежно поцеловал.
Поцеловал так нежно, что ее сердце сладко защемило, потом забилось часто-часто. Словно боясь, что он сейчас уйдет, Грейс обняла его и несмело ответила на поцелуй.
Его пальцы впились в ее кожу, губы обожгли ее губы. На одно безумное мгновение ей показалось, что он совершенно потерял над собой контроль.
Но его руки снова стали нежными, губы смягчились.
— Идем со мной, — прошептал он. — Идем в постель. — И, не дожидаясь ответа, он опустил ее на кровать и накрыл своим телом.
Грейс изогнулась ему навстречу, желая его и досадуя на одежду, разделявшую их тела. Казалось, прошли годы с того момента, как она касалась его, чувствовала на себе тяжесть его тела, силу его мышц. Шепча его имя, она сорвала с Этана рубашку. Ее руки жадно заметались по его груди, спине.