— Отставить-прекратить-смирно-смотреть на меня!!! — вспомнил Хеллборн почти все известные ему команды. — Что здесь произошло? Нет, не важно, потом разберемся. Старшина! Присмотрите здесь. Охранение и все такое. Не мне вас учить.
На других концах базы продолжали греметь выстрелы и крики. Но альбионского офицера эти бурные явления в настоящий момент не волновали. Он действовал согласно плану. Захватить радиостанцию и оборонять ее вплоть… — и далее по списку.
Хеллборн вернулся к радиопульту.
— …нет, моникин, мы тебе ничего не скажем, — спокойно отвечал плененный риттмейстер на вопросы Беллоди. — Вы еще ответите за…
— Ух ты, начитанный викс попался! — перебил его Джеймс. — Можешь ничего не говорить. Мы отдадим тебя нашим корейским друзьям.
Белголландец побледнел.
— Вы не имеете права. Это будет нарушением всех Женевских конвенций и соглаше…
— Это еще почему? — искренне удивился Хеллборн, за последние дни потерявший немного уважения к продуктам графомании гостей Швейцарской Республики. — С каких это пор трансферт военопленных между союзными державами является нарушением чего-либо?
— Да пошел ты к черту!!! — внезапно сорвался на крик второй офицер, эрст-лейтенант. — Я не собираюсь здесь подыхать! Ты понимаешь, что они могут сделать, когда все обнаружат!!!
Другой на его месте обязательно спросил бы — "что обнаружат?", но Хеллборн промолчал. Пусть покричит.
— Нет у нас стандартных сеансов связи, не предусмотрены! — выпалил младший викинг. — Круглые сутки сидим в эфире, трепемся обо всем понемногу. Для срочных внешний сообщений держим две свободные волны…
— Эй, кто-нибудь! — Хеллборн повернулся к двери. — Тащите пленного сюда.
Из соседней комнаты показались Уотерсон и один из корейских сержантов. Они несли последнего пленника, удерживая его за подмышки.
— Подтверди то, что он только что сказал, — обратился к пленнику Хеллборн. Пленный, еще один эрст-лейтенант, затравленно уставился на альбионца.
— Извините, что я должен подтвердить?…
Джеймс нежно потрепал его по щеке. Викинг вздрогнул, как от удара током, и попытался отпрянуть, но солдаты-союзники держали его крепко.
Хеллборн вздохнул и демонстративно расстегнул кобуру.
"Развлекаешься, Джеймс? — спросил мерзкий внутренний голос. — Приятно быть по другую сторону решетки, не правда ли?"
"Какой еще решетки?!"
"Это в переносном смысле, дурачок ".
— Таблица кодов в нижнем ящике стола! — неожиданно завизжал третий белголландец, и внутренний голос остался без ответа. — Клянусь, я сам ее туда положил!!!
— Жалкие трусы, — попытался избразить презрение риттмейстер. — Вы ответите перед трибуналом.