Дорога домой (Ховард) - страница 3

В течение долгой минуты он смотрел на нее с бесстрастным, как всегда, выражением лица. Его выдавало только пламя в глазах. Потом он встал, подошел к двери, закрыл ее и запер на ключ, несмотря на то, что рабочий день закончился, и они были одни. Когда он возвращался к ней, Анна явственно видела его возбуждение, и ее тело напряглось в ответ. Ее дыхание стало быстрым и поверхностным, поскольку он уже был рядом.

— Тогда ты могла бы сразу приступить к своим обязанностям, — сказал он, притягивая ее к себе.

Глава 1

Перевод Фэйт, редактура Nataly


Два года спустя

Анна услышала, как его ключ поворачивается в замочной скважине и села на диван, выпрямив спину. Он вернулся на день раньше, чем обещал, и, конечно же, не позвонил. Он никогда не звонил ей, оправляясь в поездку, потому что это было бы слишком похоже на признание того, что между ними существуют отношения. Даже спустя два года он по-прежнему настаивал на раздельном проживании. И каждое утро заезжал к себе домой, чтобы переодеться перед тем, как отправиться на работу.

Она не бросилась в его объятия, так как это тоже было для него неприемлемо. Сейчас она очень хорошо знала мужчину, которого любила. Он не мог принять ничего, что бы походило на заботу, хотя она не понимала, почему. Он тщательно избегал всякой демонстрации своего желания видеть ее, никогда не называл ее уменьшительными именами, никогда не одаривал мимолетной и случайной лаской, никогда не шептал ей слов любви, даже во время самой страстной физической близости. То, что он говорил в постели голосом, хриплым от вожделения, всегда касалось только сексуальной потребности и возбуждения, но он был чувственным и заботливым любовником. Ей нравилось заниматься с ним любовью не только из-за удовлетворения, которое он всегда давал ей, но и потому, что под видом физического желания она могла выразить ему свою привязанность. Ту самую, которую он отказывался принимать за пределами постели.

Когда они занимались любовью, у нее был повод касаться его, целовать его, прижиматься к нему, и в такие моменты он свободнее проявлял нежность. Долгими темными ночами он был ненасытен. И не только в сексе, но и просто в желании быть ближе к ней. Каждую ночь она спала в его объятиях, и если по какой-то причине она отодвигалась от него, он обязательно просыпался и притягивал ее назад, снова пристраивая рядом с собой. С приходом утра он снова замыкался в себе, но ночами он полностью принадлежал ей. Иногда ей казалось, что он нуждается в этих ночах так же сильно, как и она, и по тем же самым причинам. Только ночами он мог позволить себе дарить и принимать любовь в любом ее проявлении.