Больше Шульгин не приходил в столовую и не приносил свою маленькую коробочку. А неделю спустя, объявился Саймон и позвал Ноя в гидропонический сад. Там, устроившись на скамейке, они некоторое время сидели молча и смотрели на маленький водопад. Потом Саймон повернулся к Ною и сказал:
-Ваше время пришло.
* * * *
-Она уничтожила эмбрион! - заявил Шульгин без всякого вступления.
-Мы предупреждали, - заметил Саймон.
Шульгин бросил на него свирепый взгляд, а потом посмотрел на Землянского.
-Вы говорили, что материнский инстинкт возобладает! И где этот ваш инстинкт?! А как она притворялась! Боже мой, я же ей поверил!
-Я говорил, что материнский инстинкт может возобладать, - сказал Землянский, подчеркивая слово 'может'. - Я предупреждал, что ее поведение, вполне возможно окажется, тскать, игрой.
-Хорошие игры!
-Тихо! - приказал молчавший до поры Лопухов. - Давайте без истерик!
Шульгин умолк и посмотрел на начальника. Лопухов снял очки и принялся тереть глаза.
-Может быть это случайность? - сказал он. - Выкидыш?
-Ни черта это не выкидыш! Она сделала это намеренно!
-Такое возможно?
-Как видите!
-А что если попробовать еще раз? - предложил Лопухов.
Землянский и Саймон синхронно замотали головами.
-Это не было случайностью, - сказал психолог. - Она играет с нами по своим правилам. Боюсь, нам ее не обыграть.
Лопухов снова принялся тереть оплывшее лицо.
-Какие еще у нас возможности?
-Да никаких! - заявил Шульгин.
-У меня предложение, - сказал Саймон.
-Слушаю.
Саймон встал.
-Я думаю, что теперь для всех нас очевидно, что идея искусственного оплодотворения Принцессы здесь - на станции - не состоятельна. Принцесса будет сопротивляться, и у нее для этого есть все возможности. Против ее биологии мы ничего не сможем поставить.
Лопухов барабанил пальцами по столу. Землянский размеренно кивал.
-Мое предложение простое, - продолжал Саймон. - Их надо выпустить на волю. Обоих. Предоставить им свободу. Пусть живут сами по себе, и то, что нас интересует, в конце концов, произойдет естественным путем.
-Бред! - буркнул Шульгин. - Мы не можем ее отпустить.
-У нас нет выбора. Здесь, в неволе, мы ничего от нее не добьемся. А потом, речь не идет о полной свободе. Мы будем присматривать за ними. У меня есть надежный человек, который будет их опекать и постарается сделать так, чтобы их мысли направились в нужное русло. И еще - выпустив их, мы сможем на практике проверить тезис Александра о человеке космическом. Рассуждать об этом здесь можно только умозрительно. Пусть они помотаются по колониям, вот тогда и посмотрим, чего стоят ее адаптационные способности.