— Тасуем? — раскинувшись на стуле, озорно поинтересовался Джей, извлекая из воздуха новенькую, собственноручно нарисованную им к такому случаю колоду.
— Тасуем, да не ты, — грозно сдвинул брови Лимбер.
— Да уж, кто ж тебе, пройдохе, доверит, — добродушно пробурчал Кэлер, погрозив брату бутербродом, и с одобрением глянул на отца, пресекшего жульнический порыв.
— Отдай Лейму, — тяжело обронил Нрэн. — ему еще можно верить.
— Ну что ж, раз вы не доверяете моей чистоте и непорочности, — с видом глубоко оскорбленной невинности вздохнул Бог Воров и небрежно перекинул колоду честному кузену.
Лейм без лишних слов принялся за дело. Пусть его руки и не мелькали в воздухе с неуловимой быстротой шулера Джея, зато родственники вполне могли рассчитывать, что игрой и в самом деле сегодня будет руководить его величество Случай, а не шаловливые пальчики белобрысого вора. Закончив тасовать, молодой бог взял одну для себя и телепортировал каждому игроку по карте. Потом переместил колоду в центр стола на специальную высокую подставку, откуда ее потом возьмет следующий сдающий — Энтиор и объявил по всеуслышание:
— Первый тур, вскрываем карты!
После секундного промедления лоулендцы перевернули и принялись внимательно рассматривать выпавший жребий. Лейм, по праву сдающего которому нужно было открывать карту первому, почему-то сильно покраснел, принялся откашливаться и съезжать со стула вниз.
— Что у тебя, парень? — не утерпев, поинтересовался Лимбер, с интересом наблюдая за странными маневрами племянника. — Хрипишь так, будто вытащил 'неприличное предложение'.
— Нет, папа, судя по тому, что мальчик еще не сидит под столом, это только одна из карт 'ласки по выбору', - игриво глянув на Лейма, предположил Энтиор и коснулся пальцем губ.
— Э, да, 'ласки по выбору для одного', - почти сминая предательницу-карту, кивнул юноша, продолжая ерзать на стуле, вдруг ставшем очень жестким и неудобным.
— Я не откупаюсь, — спокойно ответил Кэлберт, сидящий слева от Энтиора. С легкой улыбкой глядел он кузену в глаза. Темно-зеленые глаза Бога Мореходов встретились со светлой зеленью глаз Бога Романтики, последовал быстрый обмен мысленными репликами, и взаимопонимание было достигнуто.
— Я тоже нет, — храбро выпалил Лейм.
Пусть он знал о том, что многие лоулендцы находят в интимных отношениях между мужчинами удовольствие, но в открытом столкновении со столь щекотливой лично для себя темой, тем паче в присутствии Элии, молодой бог продолжал испытывать стеснение.
— Повезло тебе, брат, — позавидовал бывшему пирату Энтиор с двусмысленной улыбкой и пригубил вина. Сам вампир, как утром рассказывала своему любовнику Элия, не отказался бы поучить младшенького кузена чему-нибудь этакому. — А у меня всего лишь 'деньги'. Плати, папа!