— Маман, — Тэз просил, как ребенок, — здесь, в Новом Орлеане, ты стала бы леди.
Красотка чуть не расхохоталась. Красотка Уотлинг — леди!
— Нет, мой дорогой. Я только все испорчу. Подумай, что скажет Николет, узнав, что твоя мать — обыкновенная…
Звон колокольчика спас Красотку.
— Открой калитку, Тэз, — попросила она, — Мы с Реттом расскажем тебе кое-что важное.
Стоя за калиткой, сжимая крохотную ручку Бонни Блу в своей, Ретт Батлер погрузился в такое настроение, когда самые глубокие привязанности окрашивает грусть, а любовь по большей части состоит из утрат.
Как мальчик, которого Ретт забрал из сиротского приюта, превратился в молодого человека, стоящего перед ним?
— Добро пожаловать в мой дом, сэр. Я должен перед вами извиниться.
— Это Бонни Блу, — сказал Ретт.
— Здравствуйте, — тоненьким голоском пролепетала Бонни. — Мне четыре года. У меня был день рождения.
Тэз улыбнулся.
— День рождения — это очень весело. А ты уверена, что тебе четыре? Для четырех ты высоковата.
— Я очень высокая, — заверила его девочка. — И у меня есть пони.
— Пони! Вот это да!
Тэз повел их в сад.
Красотка со шкатулкой на коленях ждала их на круглой каменной скамье под лаймовым деревом. Бонни помчалась к крошечному прудику, где под ковром из водяных лилий мелькали золотые рыбки.
— Я подумала, нам лучше поговорить на улице, — тихо сказала Красотка. — Правда, чудесное место, Ретт?
— Сэр, я должен извиниться, — снова начал Тэз. — Я был неблагодарным идиотом. Я…
Ретт прижал палец к губам:
— Шшш…
— Сэр, я…
— Ничего страшного, Тэз, — улыбнулся Ретт, — По целом размышлении я рад, что все закончилось, — Он сжал руку Красотки, — Мы с твоей мамой… долгие годы были хранителями репутации одного человека. Человека, который мог потерять больше, чем мы. Эндрю Раванель был одним из храбрейших солдат Конфедерации. В последние минуты своей жизни он думал о тебе.
— Но…
Тэз открыл шкатулку и, не понимая, уставился на peвольвер, полковничьи эполеты, серебряные часы и сложенный листок бумаги.
Поскольку золотые рыбки не хотели показываться из-под листьев кувшинок, Бонни подбежала к взрослым и, встав на цыпочки, попыталась разглядеть, что в коробке у молодого человека. Может, и у него сегодня день рождения?
Самые уважаемые жители Эллсворта, — сказал Ретт, — подарили эти часы твоему отцу, Тэз. Вот дарственная надпись.
Тэйзвелл повертел в руке тяжелые часы.
Merde![74] Вы утверждаете, что Эндрю Раванель мой отец? Полковник Эндрю Раванель? Почему вы позволили мне думать, что я ваш незаконнорожденный сын? Отчего было не сказать правду?
Прочти записку, милый, — тихо сказала Красотка.