Я отворила дверь.
Это был не иностранец, хотя женщину, которая стояла на пороге, я давно не видела; впрочем, она, казалось, нисколько не изменилась. Старшая из сестер Поуп, Агата. И позади нее мисс Милдред.
— Ох, как я рада вас видеть, мисс Агата! — воскликнула я, и, должно быть, из-за прилива чувств, вызванного облегчением, мой голос прозвучал настолько тепло, что на лице моей собеседницы выразилось удивление, — И вас, мисс Милдред, тоже. Как мило с вашей стороны навестить меня! Заходите, прошу вас.
— Сегодня, конечно, не пятница… — сказала мисс Милдред, проходя в дом вслед за сестрой.
— Она имеет в виду, — пояснила мисс Агата, — что обычно встречает меня с поезда только по пятницам. Но сегодня мы ездили в Сандерленд, в кинематограф, и сестра настояла, чтобы на обратном пути я зашла сюда вместе с ней, потому что она беспокоится и хочет поговорить с вами.
— Да? — недоуменно сказала я. — Но прошу вас, присядьте. Извините, здесь неубрано, я разбирала вещи к перевозке. Не выпьете ли чаю? Это не займет много времени, я все равно как раз собиралась ставить чайник.
— Нет, спасибо. Мы всегда плотно ужинаем после поездки в город, и у нас дома уже все на столе.
Она села, положив свою сумочку на колени, как будто в любой момент была готова уйти. Я опустилась на свое место возле стола, и она уставилась на меня сквозь свои посверкивающие очки. Мисс Милдред, примостившись на краю кресла-качалки, издала короткий чирикающий звук, словно взволнованная пичужка. Я сама начала немного волноваться. Вероятно, даже загадочный иностранец не так бы меня обеспокоил.
Мисс Агата начала своим низким, довольно приятным голосом:
— Сестра хотела, чтобы я с нею пришла к вам переговорить, — сказала она, — но я не имею ни малейшего представления о том, что она имеет в виду. Все очень запутанно, но я убеждена, что когда речь идет о чем-то неприятном или трудном, то лучше рассказать все сразу.
Это уж точно, подумала я, а вслух произнесла:
— Ох, вы, вероятно, правы. Но, прошу прощения, в чем дело?
— Исключительно в том, что мисс Линси настаивает, что видела вашу мать здесь, в Тодхолле, вечером в прошлое воскресенье. На кладбище. — И выговорив это слово, мисс Агата крепко сжала губы.
Мисс Милдред издала тот же звук, и я сказала:
— Но я уже знаю. Она сама мне говорила.
— Моя сестра опасалась… — начала было мисс Агата, но тут в разговор ворвалась мисс Милдред. Ее глаза наполнились слезами, а доброе лицо пылало румянцем:
— Бедняжка Белла! Ее сны, эти… Я хочу сказать, эти ее сны, которые она считает видениями. Она из-за них такая взбудораженная… Ты, верно, помнишь мой рассказ о том, что, как мне думается, кто-то был здесь, в Розовом коттедже, со светом, в понедельник вечером?