Справедливости ради нужно отметить, что существует еще одна
версия особенности отношений Сталина и Кагановича. Ее, в
частности, высказал упомянутый здесь автор В. Ушкуйник,
утверждавший, что Сталин был всего лишь беком — то есть
политическим исполнителем воли кагана Кагановича,
олицетворявшего собой высшую, неприступную власть. Эта версия,
изложенная в книге «Каган и его бек», на мой взгляд, крайне
зыбка — хотя бы потому, что Сталин здесь предстает человеком
совершенно управляемым, полностью подчиненным чужой воле и
отличающимся «слепым послушанием» перед лицом могущественного
Кагановича и его еврейского окружения. А это, согласитесь,
меньше всего похоже на правду — особенно в контексте сталинских
шагов по пресечению подготовки «мировой революции», возрождению
отечественной истории, возвращению к национальным
патриотическим ценностям, заступничеству за Православную
Церковь и, наконец, созданию геополитического союза славянских
народов.
Но если бы даже допустить, что Ушкуйник прав в определении роли
Сталина как хазарского бека, то и в этом случае его выводы о
доминировании власти кагана были бы весьма спорны. Дело в том,
что по единогласному утверждению различных источников, каган
был скорее сакральным государственным символом и олицетворением
божественной силы в глазах его хазарских подданных. Вся же
реальная политическая и военная власть была сосредоточена в
руках царя-бека. Приведу очень краткую характеристику, данную
хазарскому двоевластию одним из наиболее авторитетных
историков-исследователей нашего времени О. Платоновым:
«Каган избирался из представителей одного и того же знатного
рода. Избранием руководил бек. Последнему и принадлежала
настоящая власть.
Бек мог не только назначать кагана, но и в любое время устранить
его. Бек также распоряжался войсками, решал вопросы войны и
мира, распоряжался финансами»
(www.hrono.ru).
На фоне вышесказанного и с учетом внутренней организации
советской карательной машины, характеризуемой как «государство
в государстве», можно утверждать, что со временем на роль бека
при кагане Кагановиче стал претендовать Берия, взявший в руки
реальные бразды правления в карательной системе — «мини-Хазарии».
Не соглашаясь в принципе с выводами Ушкуйника в отношении
Сталина, я, тем не менее, отдаю ему должное в предоставлении
замечательного фактического материала, которым снабжена книга
«Каган и его бек». Приведу небольшой отрывок из этой работы,
подтверждающий важность роли, отведенной в сталинской империи
карательным органам и их этническому составу: