Когда я уезжал, Касси ничего не говорила, но взгляд ее был достаточно красноречив. «Поскорей! Возвращайся! Мне страшно тут одной с этим Анджело!»
— Сиди у телефона, — сказал я ей. — Банан прибежит если что.
Она сглотнула. Я поцеловал ее и уехал. В это воскресное утро дороги были пустынны, и я гнал, как на пожар, до самого Милл-Хилла. Когда я свернул на Оуклендс-Роуд, было только полдевятого. Джейн Питтс сказала, чтобы я не приезжал раньше восьми, но, когда я позвонил, она была уже на ногах и открыла мне дверь в мокром купальном халате.
— Проходите, — сказала она. — Мы тут плаваем.
«Мы» — это были две тоненькие хорошенькие девочки-подростка и жилистый лысеющий мужчина средних лет, который плавал в бассейне бесшумно, как тюлень. Небо было ясное, крыша была открыта, и на одном из низеньких бамбуковых столиков был накрыт завтрак, состоящий из кукурузных хлопьев и фруктов. Утро было довольно прохладное, но никто из Питтсов, казалось, не замечал этого.
Жилистый мужчина выскользнул на край бассейна плавным, экономным движением и встал на ноги, выжимая воду из волос и глядя приблизительно в мою сторону.
— Здравствуйте, я Тед Питтс, — сказал он, протягивая мне мокрую руку. — Только я без очков ни черта не вижу.
Я пожал ему руку и улыбнулся в невидящие глаза. Джейн обошла бассейн и принесла очки в тяжелой черной оправе, которые сразу превратили загорелую рыбу в обычного близорукого смертного, который пошел рядом со мной вокруг бассейна к креслу, на котором лежало его полотенце.
— Вы Вильям Дерри? — спросил он, вытряхивая воду из ушей.
— Он самый.
— Как Джонатан?
— Привет передает.
Тед Питтс кивнул, принялся энергично растирать себе грудь, потом вдруг остановился и спросил:
— Это ведь вы посоветовали мне, где найти каталоги?
Столько лет назад… мельком… через третьи руки… Я оглядел удивительный дом и задал главный вопрос:
— Эта система, что была на кассетах, — она действительно работает?
Тед Питтс самодовольно улыбнулся.
— А как вы думаете?
— Все вот это…
— Все это.
— Никогда бы не поверил, если бы не побывал здесь, — сказал я.
Он принялся вытирать спину.
— Конечно, это довольно тяжело. Приходится много ездить. Но когда возвращаешься, чувствуешь, что дело того стоит.
— И давно?.. — медленно начал я.
— Давно ли я играю? Да с тех самых пор, как Джонатан отдал мне кассеты. То первое дерби… Я тогда занял сотню фунтов под залог машины. Это было чистой воды безумие. Я не мог позволить себе проиграть. Нам ведь тогда временами едва на еду хватало. Честно говоря, я на это пошел от безысходности. Но, с другой стороны, система выглядела безупречной с математической точки зрения и много лет служила верой и правдой тому, кто ее изобрел…