— А у тебя его здесь нет?
— Дорогая, зачем оно мне?
Сибил заметила, что пожилая женщина глядела на нее с сожалением и как бы со страхом. Запинаясь и заливаясь краской, Сибил пояснила:
— У тебя… в твоих бумагах. В твоих документах. Они заперты…
— Нет, дорогая моя.
Возникла пауза. Потом, всхлипывая, Сибил сказала:
— Я была слишком маленькая, чтобы присутствовать на их похоронах. Я никогда не видела. Как бы там ни было, я никогда не видела. В том-то и дело. Говорят, похороны для того и устраиваются, чтобы показать всем умершего.
Тетя Лора потянулась к руке Сибил.
— Нет, причина не в этом, родная моя, — сказала она. — В Медицинском центре мы сталкиваемся с этим постоянно. Люди не верят, что их любимые умерли, они знают, но не хотят признавать этого. Потрясение слишком сильное, чтобы быстро оправиться от него. Можно, конечно… — Тетя Лора нахмурилась и помолчала. — Можно поверить в фантазию.
Фантазия! Сибил уставилась на свою тетку. Но я же видела его. Я знаю, я верю ему, а не тебе!
Казалось, на какое-то время конфликт был улажен. Тетя Лора быстро загасила сигарету и сказала:
— Я виновата… наверное. Я лечилась года два после того, что случилось, и просто не хотела больше говорить об этом. Когда ты начала спрашивать, спустя годы, я умалчивала. Я все понимаю, но, видишь ли, рассказывать-то нечего. Мелани мертва, и он тоже. И все это случилось так давно.
В тот вечер Сибил читала книгу про человеческую память, которую взяла в публичной библиотеке.
«Известно, что люди „владеют“ бесконечным числом скрытых воспоминаний, некоторые из которых можно активизировать в определенных условиях, а также воздействуя на точки коры головного мозга. Такие воспоминания прочно сохраняются центральной нервной системой и обыкновенно возрождаются мнемоническими стимуляторами — словами, знаками, звуками и особенно запахами. Феномен „deja vu“ тесно связан с этими явлениями, когда возникает „двойственное сознание“, когда возникает ощущение, что это событие уже происходило. В основном, однако, в человеческой памяти происходит дальнейшая переоценка, отбор и фантазирование».
Сибил захлопнула книгу. Она задумалась в десятый раз над слабыми красными отметинами на своем запястье, где господин Старр — тот, кто называл себя Старром, — держал ее, не сознавая своей силы.
Сибил тогда даже не поняла, как сильны были его пальцы, сомкнувшиеся вокруг ее руки.
11. Господин Старр или господин Конте?
Завидев его, она поняла, что он ждал ее. Первым порывом было сразу подбежать и наблюдать с детским удовольствием, как при виде ее засветится его лицо.