Ближе к середине октября вечера становились прохладней, ветер дул порывами. До Джордана долетали ароматы сада Элейн. На маленькой речушке позади дома квакали лягушки. Из дома слышался девичий смех.
Джордан закрыл глаза. Он отчетливо помнил юность в Каменных Конюшнях. Вечера, когда после ужина девочки убирали посуду со стола и по всему дому разносился звон фарфора и лязг серебряных ложек. В ту пору им с Треем едва исполнилось по семнадцать, и, чтобы спешно выкурить одну на двоих сигарету и выпить чудом купленное пиво, приходилось прятаться в сарае. Но у Элены Блакхок был отличный нюх, и их эскапады каждый раз заканчивались пространной лекцией о вреде курения и алкоголя.
Тогда он и Трей верили каждому слову этой удивительной женщины. Бедная Элена Блакхок! Она казалась созданием абсолютно сказочным, не от мира сего, сколько в ней было волшебства и таинственности! Эта женщина была совершенно не приспособлена к жизни в глуши, она бродила как тень, погруженная в свои мысли, и в конце концов потеряла разум. Она навсегда осталась одним из самых светлых юношеских воспоминаний Джордана.
Затем Джордан вспомнил, как однажды нечаянно подслушал разговор Бетти Рутфилд и Люси Овертон о том, что Трей Блакхок и он - Джордан Грант - ведут беспутный образ жизни, терроризируя всех девиц в округе. Эти глупые девчачьи сплетни были всего лишь продолжением постоянных пересудов о супругах Грант и их безалаберном сыне, спутавшемся с неотесанным Треем Блакхоком, чей отец на самом-то деле вовсе не погиб, спасая жизнь утопающего мальчика, а спокойно живет себе на богатой ферме недалеко от Хьюстона.
Это были обычные сплетни, какими развлекают себя провинциальные кумушки, они переходили от рассказчика к рассказчику, обрастая новыми нелепыми подробностями. Находились и такие доброжелатели, которые шептались о том, что спятившая Элена Блакхок собственноручно убила своего мужа - Уильяма, а его обезображенный труп закопала где-то в долине. Якобы Уильям, напиваясь, нещадно колотил Трея, который из-за побоев стал почти дурачком. Не исключали и версию, по которой с Уильямом, пока тот спал, расправился Трей. Когда эти истории всем приедались, всегда находились талантливые сочинители и придумывали новые.
Поскольку Уильям Блакхок редко бывал в городе и ни с кем не водил дружбу, местных не сильно тронуло его внезапное исчезновение, оттого сплетничали скорее по привычке, нежели беспокоясь о нем. Сам Джордан долгое время пребывал в неведении относительно судьбы отца Трея.
В день окончания Треем школы, во время торжественной церемонии, проходящей на школьном футбольном поле, Элена Блакхок, растроганная, вся в слезах, поцеловала сына и восторженно уверила его, что его отец гордился бы таким замечательным сыном, если бы только знал, каким он вырос. На следующее после выпускных торжеств утро Джордан сидел на капоте старой машины Трея и наблюдал восход солнца над озером. Совершенно неожиданно Трей проговорил: