— Это ты о чем? — Глан недоуменно посмотрел на демона. Вроде бы безо всякого подвоха спросил.
— Да так, вообще. Заметил, что в последнее время ты не особенно налегаешь на харчи. Вот и думаю, не приболел ли мой питомец.
— Ага… все-таки издеваешься, Вельхово отродье!
— Только прошу не упоминать в моем присутствии ваших так называемых богов, — насупился Азуриэль. — Мы — высшие демоны, намного старше этих зазнаек. К тому же, мы — настоящие, то есть существа изначально созданные Творцом.
— Ладно, извини, Азур, больше не буду, — наливая в кружку травяного отвара из висящего над костром котелка, улыбнулся юноша. Время от времени он, как бы невзначай, бросал подобные шпильки в адрес Учителя — чтобы тот не особенно зазнавался.
Азуриэль в отместку иногда называл его жалким смертным, земляным червем, прямоходящей мартышкой и так далее в том же духе. Однако подобные пикировки случались между ними все реже и реже. К своему искреннему удивлению демон, считавший себя едва ли не высшим проявлением воли Создателя, начал открывать для себя такие истины, о существовании которых он раньше и не подозревал. Например, духовный мир "жалкого двуногого" оказался ничуть не беднее его собственного. А творческий потенциал человека значительно превосходил возможности демона. В процессе обучения Глан частенько удивлял его нестандартным подходом к вещам, ранее казавшимся ему предельно ясными и незыблемыми. К примеру, демон всегда считал, что лишь живое обладает душой или неким её подобием. Мертвая материя лишена способности чувствовать, иначе говоря, осуществлять энергоинформационный обмен внутри и вне той или иной материальной оболочки. К его величайшему удивлению, Охотнику удалось невозможное, он пожелал вдохнуть душу в свою Волыну и то, что, по глубокому убеждению Азуриэля, было подвластно лишь одному Создателю, ему удалось. Разумеется, огнестрел не залопотал на человеческом или каком ином языке, он всего лишь приобрел способность в нужный момент органично сливаться с сознанием человека, становиться как бы, неотъемлемой его частью. Теперь Глан мог чувствовать каждую деталь сложного механизма, видеть его "глазами" направлять патрон куда нужно, практически не целясь. Как результат эффективность ведения огня повысилась на несколько порядков.
— Если бы я умел это делать, будучи в штольнях Проклятого рудника, — хвастливо заявлял Глан, — всех бы страхолюдных уродов положил, что устроили за мной охоту.
— Не хватило бы боеприпасов, — ухмыльнулся Азуриэль. — Их там было более сотни тысяч — со всех гномьих рудников слетелись дабы охранять покой своего создателя, то есть меня.