— Очень красивые цветы, — отчетливо проговорила Моника. Она была убеждена, что ясно и четко произнесенные слова лучше откладываются в голове у ребенка.
Обед прошел прекрасно. В первый раз за долгое время Моника позволила себе расслабиться. Здесь они были в безопасности. Здесь им ничто не угрожало, и они могли немного отдохнуть.
— Эй, — удивленно воскликнул Зак, выводя Монику из задумчивости, — кто съел клецки с тарелки Николь? — Прищурившись, Зак нагнул голову и покосился на кролика Николь, крепко зажатого у нее под мышкой. — Это ты помог Ники, да, Кролик?
Моника включилась в игру.
— Нет, это не я, — сказала Моника писклявым голоском, чем вызвала изумленный взгляд маленькой девочки.
— Ты уверен? — прогремел Зак. — Дай я сам проверю. — Он пощупал у кролика животик. — Он пустой, как ни странно.
Зак взглянул на Монику.
— Что ты думаешь, Кролик, может быть, мне проверить и животик Николь?
Моника обменялась взглядом со своей дочерью. Что-то в глазах ребенка сказало ей, что будет лучше, если она проверит сама. Эта игра была чем-то совершенно новым для ее ребенка.
— Лучше это сделаю я, — проговорила Моника. — Потому что мамы лучше знают, где нужно проверять.
Она быстро протянула руку и пощекотала Николь животик.
— Я чувствую клецки, — засмеялась она. — Здесь и еще здесь!
Моника готова была задохнуться от радости, когда Ники издала звук, похожий на хихиканье.
— А место для десерта осталось? — спросил Зак. — На десерт у нас шоколадное мороженое! Да, Ада?
Раскладывая мороженое по тарелочкам, Ада проворчала:
— Взрослые люди, а так глупо ведут себя за столом…
Уложив Ники спать, Моника вышла на веранду. Она надеялась найти там Зака и одновременно страшилась этого.
Поставив ногу на перекладину перил и упираясь локтем в колено, Зак курил сигару.
Он повернул голову и улыбнулся:
— Привет.
— Привет. — Улыбнувшись в ответ и стараясь подавить охватившее ее волнение, Моника подошла и присела на балку. — Я и не знала, что вы курите, — заметила она, с удовольствием вдыхая приятный аромат его сигары.
— Я и не курю. — Зак выпустил красивое колечко дыма. На молчаливое одобрение Моники он ответил легким кивком. — Кроме тех случаев, когда есть что праздновать.
— А праздновать есть что, ведь правда? — мечтательно, как во сне, проговорила Моника. — Я совершенно не знаю, какими словами выразить, как сильно…
— Тогда сделайте мне одолжение: не пытайтесь это выразить, — прервал ее Зак. — Вы уже достаточно меня благодарили. Мне неудобно.
— Неудобно? — Моника оторвала голову от столба и пристально посмотрела на него. — Для вас это неудобно? А как же для меня?